Книга Машинист паровоза-призрака, страница 36 – Максим Кабир

— Будешь пышку? – спросил Валик.

— Не понимаю, как ты можешь есть в такой момент.

— Это все нервы, – пояснил друг, перепачканный в сахарной пудре.

— Идем, пока нас не засекли.

Мальчики притиснулись к кирпичной стене кафе и высунули носы из-за угла. Дядя Вова и дядя Витя сидели на стульях, будто просто отдыхали. Валун за их спинами поглощал лунный свет.

— Какой у нас план? – шепотом спросила бабушка.

Даня так же шепотом ответил:

— План – прятаться и наблю… – Он осекся, уставился на бабулю, одетую в белый спортивный костюм. – А ты что здесь делаешь?

— Да услышала, что мои мальчики собрались на ночную прогулку, и решила узнать, не желают ли они захватить перекус.

Бабушка показала тарелку, полную котлет.

— Вкуснятина! – обрадовался Валик, протягивая к угощениям руку, но Даня легонько шлепнул его по запястью.

— Это не прогулка, – серьезно сказал он. – Крабо-жабо-муравьед угрожает всем жителям Балябино!

— Кто там шушукается в темноте? – спросил дядя Витя.

— Свои! – крикнула бабушка.

Даня тяжело вздохнул.

— Уже можно кушать? – осведомился Валик.

— Да кушай, – отмахнулся Даня и вышел на террасу «Орландины».

Бабушка с уплетающим котлеты Валиком вышли следом.

— Наши специалисты по чертовщине! – улыбнулся дядя Вова, но, увидев угрюмую физиономию Дани, посерьезнел и сказал: – Спасибо вам, парни.

— За что? – недоверчиво спросил Даня.

— За то, что не безразличны. Что пытались по-своему разобраться в происходящем.

— Вы большие молодцы, – подтвердил дядя Витя, а бабушка погладила ужинающего Валика по голове.

— Я б и сам, – сказал дядя Вова, – хотел, чтобы все было так интересно. Привидения, монстры… Увы, в нашем мире действуют другие законы. Камни – это всего лишь камни, а паровозы… – Он повернулся к вокзалу. И онемел. Онемела бабушка, проследив за взглядом участкового. Онемел дядя Витя.

— Началось, – прокомментировал Валик и утрамбовал в рот котлету.

В тумане, окутавшем памятник, СО раздваивался. Словно у Дани двоилось в глазах. От парового колпака отпочковался второй колпак, пятиконечная звезда стала десятиконечной. Злой близнец локомотива медленно и торжественно всплывал в воздух. Над обычной, отслужившей свой век, машиной нависла ее призрачная копия. Сквозь прозрачные контуры проступали колонны вокзала, но за мгновение паровоз обрел плотность. Черный металл противоестественно гнулся, СО растягивался и выгибался, как кобра, изготовившаяся к нападению.

— Боже, что это? – охнула бабушка.

Фара вспыхнула, озарив людей багровым огнем. Теперь локомотив был не меньше тридцати метров в длину, и он рос, поднимаясь над площадью. На цилиндрической части котла восседала зловещая фигура в старой железнодорожной фуражке. То ли краб, то ли жаба, то ли муравьед.

— Вы не выдумывали, – сказал шокированный дядя Вова.

Паровоз раздувал бока. С его колосников и зольников, балансиров и тележек капала густая слизь. Вдруг звезда провалилась внутрь, а на ее месте раскрылась пасть, окруженная кольцами складок и напичканная острыми зубами. Гибрид советского паровоза и инопланетной пиявки обрушился вниз.

— Спасайтесь! – выкрикнул дядя Вова. Люди кинулись врассыпную. Пасть паровоза-пиявки щелкнула зубами там, где они секунду назад стояли. Пиявка развернулась, выискивая добычу. Изогнутая тень металась по площади.