Книга Кровавые легенды. Русь, страница 67 – Александр Матюхин, Максим Кабир, Дмитрий Костюкевич, и др.

Он будто видел его в ночном кошмаре, который еще не сгинул из памяти. Однако ему давно ничего не снилось, ни кошмары, ни обычные сны. Лишь пустота, рвущаяся черными пузырями.

Или он спит сейчас?

Судно лежало на грунте с дифферентом на нос. Оно напоминало подводный утес, но еще не настолько было разрушено водой, чтобы казаться уродливой поделкой моря.

Длинная темная туша.

— Нашел, вижу, – сказал Куган в телефон.

— Лодка?

— Нет. Что-то большое.

Сверху некоторое время медлили, потом Агеев ответил:

— Осмотри.

Каменный краб волочился по заиленному тросу, свисающему сверху. К обшивке прилипли темно-фиолетовые мидии – старые, в наростах. Среди раковин ползали вечно голодные рапаны. У дремлющей громады сновали бледно-молочные медузы.

В зыбкой глубинной тишине водолаз двинулся в обход находки, не сразу решив приблизиться к ней на расстояние вытянутой руки. На обшивке пульсировали, сжимаясь и разжимаясь, бутоны губок. Голодные рты. Трижды он поднимал руку, чтобы дотронуться до обросшего корпуса. Осмелился на четвертый.

Он не испытал и толики радости от находки. Наоборот. Ему было страшно, и он не понимал почему. Куган чувствовал себя испуганным мальком, плывущим мимо древней морской рептилии.

Хотел бы он стать невезучим, как Клест, и не найти это судно.

Тенью прошла над головой какая-то рыба. На обшивке гнездились слизистые грибы. Сардины кружили вокруг огромного заиленного пера горизонтального руля…

Куган остановился.

— Похоже, все-таки лодка, – сказал он в телефон.

— Как понял?

— Вижу горизонтальный руль.

— Продолжай осмотр.

Он побрел вдоль огромной подводной лодки, поглядывая, чтобы не перепутались его провода и шланги. Рука в перчатке скользнула по обшивке, счищая ракушки, – с лодки будто капала черная кровь. Капель быстро закончилась, проступил металл, в который въелись мелкие водоросли. Куган заметил, что растительности и живности становится все меньше, как будто лодка была сосной, неодинаково поросшей мхом с разных сторон.

Корпус субмарины возвышался над водолазом скальным утесом. Ничего удивительного, что он не сразу понял, что видит. Не с «Барсом» ведь встретился. А вот бывалый, обточенный морем Агеев наверняка разобрался бы шибче… Спор?

Его не покидало ощущение, что это не кенотаф. Лодка не пуста.

Куган наклонился и приложил шлем к корпусу. Тут же отдернул: почудился глухой стон.

Водолаз пошел дальше.

Через десяток шагов остановился, покусывая губу.

В борту зияла огромная пробоина.

Так искалечить корабль мог только взрыв. Мина или торпеда. Вогнутый, рваный металл дыбился внутрь лодки. Безобразно оплавленная, разрушенная переборка между легким и прочным корпусами, панцирем субмарины. Отогнутое ребро шпангоута. Перебитые трубопроводы.

Куган отошел на несколько шагов. В районе пробоины корпус не оброс всяким-разным: на ржавом металле виднелись вмятины и трещины. Сбитый с толку, Куган достал фонарь и посветил вверх. Ни водорослей, ни ракушек, ничего. Номеров и опознавательных знаков он тоже не увидел, но сейчас его волновало не это. Судя по сильному обрастанию корпуса с противоположного борта, лодка лежала здесь давно, не одно десятилетие. Но если судить по чистому металлу рядом с пробоиной… Что стало с буйством флоры и фауны в этой части судна?! Как такое возможно?!