Книга Город звериного стиля, страница 58 – Ольга Апреликова

— Высадить права не имеем, – загудел контролер потолще. – Поедешь с нами до конечной, сдадим в Дистанцию, пусть родители приезжают и оплачивают проезд и штраф.

Девчонка молчала. Змейка косички ее тряслась, телефон в разноцветном чехле упал на грязный пол. Мур схватил рюкзак и учебник, подошел:

— Не надо, погодите, я оплачу!

— На каком основании, молодой человек?

— Соседка по даче, – соврал Мур. – Картой можно?

Через минуту все кончилось. Контролеры двинулись в другой вагон. Пассажиры косились на Мура и усмехались. Ну и фиг с ними. Белый листочек билета дрожал у девчонки в руке. Надо успокоить. Мур сел рядом, подобрал с пола ее телефон – и заметил на полу под лавкой точно такой же белый, со штрихкодом, прилипший к мокрому билетик. Трогать не стал, грязно – скорей всего, просто уронила. Но это уже не важно. Он обтер телефон об джинсы, сунул девочке:

— Да все, успокойся уже. Они ушли.

Она, разок промахнувшись, сунула телефон в карман. Спрятала билет. И вдруг уткнулась в Мура, вцепившись в рукав, и заревела. Навзрыд.

— Напугали девочку, ироды, – проворчала бабулька сзади.

— Так сама виновата, – отозвалась серая тетка через проход.

— На-ко, углан^[23], – мужик в спецовке вынул из-за пазухи желтую бумажку с цифрами и буквами «Работ… вахт…», достал оттуда и сунул Муру рублей двести: – Я б выручил дитё, да не сообразил! Не соображаю, слышь, быстро-те, мозгу-ту пропил! Возьми хучь себе, хучь малой шоколадку купи! А то небаско так-то!

— Спасибо, – Мур взял купюры, запихнул в карман девчонки.

Та все ревела, прячась ему в плечо. Домашняя девочка, нежная, иначе б не испугалась до слез. Куда ее несет одну-то? Суббота же, утро – школа; она в школе должна быть? Поезд мчался через словно бы замерший снегопад. Мир был равнодушен, как всегда. Случился же с ними такой… Как жить-то с такой кучей отягощений? Но то, что девчонка, да еще настолько младше, прижималась к боку, наполняло новой волей.

4

На очередной станции она привстала было выйти, но Мур буркнул:

— Сиди.

И она послушалась. За окном проплыла вывеска станции: «Ергач». Мур передернулся. Потом простучал под колесами мостик через невидимую под снегом речку Бабку. Девочка, иногда шмыгая, так и сидела всю дорогу до Кунгура, прижавшись к Муру, будто знала его давным-давно. Молчала. Но не расспрашивать же ее на глазах у всех. Маленькая, растрепанная. Ресницы длинные – как раз снежинки ловить. Он тоже словно был всю жизнь с ней знаком. Где ж он видел такие серые, совсем светлые глаза? А, у Дольки такие же, но она их стесняется, за линзами прячет. Да и, правда, у Дольки глаза теперь выболевшие, холодные, как ледышки. А у этой – мокрые, детские.

— Куда тебе надо?

Пожала плечами.

— Ты из дома удрала, что ли?

Опять пожала плечами. Отпускать нельзя никуда. Мур и не отпускал:

— Будешь со мной. Сначала по делам, а потом решим.

А что решим, он и сам не знал. Ладно, разговорится же она. И он, наверное, сделает все, что она попросит. Но не так, как для Дольки – чтоб ладить и чтоб дала поцеловать. А чтоб помочь. Эта же маленькая совсем.

В Кунгуре снег валил еще гуще, чем в городе, никакой Егоши за пять шагов не разглядишь. Но чувство, что она неподалеку, стало острее. Поезд больше не защищал Мура всем своим железом и электрическими цепями. И вообще тут, в крохотном городке, нынешний век опять стушевался, отступил, как незваный гость. Одноэтажный лабиринт подслеповатых домиков с дворами и гаражами, глухая тишина, изредка проезжающие внедорожники и грузовики, еще реже бредущие сквозь метель пешеходы. С девчонкой за руку – вцепилась, как маленькая, временами поскальзывалась и вообще что-то прихрамывала – Мур по навигатору заранее добрался до адреса, впрочем, он тут с дедом уже пару раз был. И никого случайного, даже если это похожие на снежинок девочки, водить сюда, естественно, было нельзя. Он, головы не повернув, прошел мимо нужного дома: