Книга Функция: вы, страница 381 – Юлия Домна

Она стиснула кулаки. Да, может, Стефан и захватил кабину пилота, но штурвал – элемент ввода-вывода, а не целиковая система контроля. Вся механика дубль-функции, все эти рычажки и импульсы, мотивации, нейромедиаторы, микробиом Дедала (в конце-то концов!) были распределены по их с Ариадной телам, а не его великолепным бестелесным планам. Дедал был прав. Габриэль по-прежнему контролировала дубль-функцию, Стефан был лишь информацией, горсткой заблудившихся электроимпульсов. Пришло время выкинуть лишнего пассажира на полном ходу.

— Знаете, что? – вернулась Габриэль к мужчине. – Не буду я ничего угадывать. Отмените все. Мы – дубль-функция, и мы абсолютно во всем передумали!

Мужчина как раз закончил с обвязкой стволика. Два среза превратились в единый срост. Цветущая ветвь продолжила голый саженец, будто она всегда был им, а он ею. Габриэль успела заметить, что сердцевины спиралевидных бутонов начали менять цвет – на свет – прежде, чем мужчина сказал:

— Не сейчас.

Она упала рядом с ним на колени:

— Понимаю, у вас перестановка функции и всякое такое! Но я преемник Минотавра! Вы не можете меня отфутболить!

Дедал опустил переднюю часть тента, скрывая новорожденный свет, и повторил в такой по порядку раз, до какого еще не развилась человеческая математика:

— У каждого своя оптимизирующая функция.

Затем – поднялся.

Затем – добавил:

— Пришло время вам исполнить свою.

Спецэффектов не последовало. Ни пророческого грома, ни зловещего воя ветров. Разве что где-то внутри самой Габриэль – да, там все вспыхнуло, перевернулось и стянулось в висельный узел, когда она поняла, что́ Дедал имел в виду.

— Криста…

Когда он продолжил, отливая из бестелесных слов самую постоянную, плотную, единственно значимую реальность:

— Аделина Верлибр умерла сегодня утром.

Мы ехали в объезд города, по низкорослой смурной области, готовящейся к зимней спячке.

— Досадно, – протянула Нимау в соседнем кресле. – Так далеко зайти. И за секунду проиграть.

— Это не проигрыш, а выход из чужой игры.

В минивэне помимо нас были еще три феи. Одна вела, две другие сидели на последнем ряду и уже минут десять гадали, что за стук в задней части сопровождает каждую неровность на дороге. Я полагал, что это колесо и что совсем скоро из-за него мы остановимся. Потому что мне нужно было совсем в другую сторону. Только я еще не знал, в какую.

— Тогда, по новому плану, – продолжила Нимау, – мы находим его. Созерцаем издалека. После ты зовешь меня. Я указываю, где все случилось, до последнего колышка. Особенно если по приезде мы обнаруживаем сырой бетон.

Я кивнул, глядя в окно. Судя по координатам, изредка прилетавшим от Дедала, Стефан уже десять минут находился на одном месте. «Хм», – обронила Нимау чуть раньше, вбив цифры в навигатор.

— Национальный заповедник. Асфальтированных дорог и обзорных площадок больше, чем лесов.

Замечательные новости от будущего меня будущему Адаму.

— Или… Если мы успеем до того, как Стефан зальет бледное умертвие хотя бы наполовину, можем разыграть численный перевес. Попробовать перехватить ее. А после доставить куда скажешь.

Я наконец вернулся мыслями в салон:

— Если бы кто-то из вас мог сделать это, в списке были бы ваши имена, а не мое.

Она разочарованно вздохнула. Я покачал головой, снова отвернулся к окну и озвучил то, в чем убедил себя еще в кирхе: