Книга Функция: вы, страница 196 – Юлия Домна

— Михаэль.

А. Ну да.

Когда за спиной хлопнула водительская дверь, я понял, что не знаю, где забыл шарф, и рассеянно стянул рукой ворот куртки.

— Останься, – сказала Ариадна. – Так безопаснее.

В кармане завибрировал смартфон. Я вытащил его и взглянул на входящее сообщение.

Вы остановились,констатировал Мару.Все хорошо?

Маленький карандашик под его именем чиркал короткие невидимые линии. Потом прекратил.

Да, ответил я. Маленькая заминка.

Подняв голову, я попытался найти название улицы, но сообразил, что они, вероятно, уже его знали.

Отпишусь через 10 минут, добавил я тогда.

Карандашик ожил, снова замер, исчез. Я ждал ответа, но Мару вышел из сети. Оставалось только догадываться, от каких красочных мнений он ограждал меня в эту минуту.

— Мару написал, – сказал я, не оборачиваясь. – Все хорошо. Они следят за нами. Так что я все-таки пойду.

Сунув априкот в карман, я взглянул через улицу на чайный магазин. Влад с Шарлоттой уже скрылись внутри, и куда глупее, чем останавливаться вот так, было не следовать за ними вовсе.

— О чем вы говорили с Кречет? – спросила Ариадна.

Я замер.

— Ты не в порядке. Сильнее обычного. Она сказала тебе что-то конкретное?

Признайся, вдруг вспыхнуло у меня в голове, большими плакатными буквами. Это то, что нужно тебе, что нужно ей, это решение всех проблем – простой и честный разговор. Он вернет тебе два года жизни. Он возместит ей два года смерти. Все будут счастливы.

— Мы… – Я стиснул априкот в кармане. – Дело в Минотавре. Он как всегда, но ничего страшного. Пойдем. Не хочу оставлять их одних.

Ариадна не ответила, и в ненавистно естественном одиночестве я перешел дорогу. Мне стоило снова к нему привыкать.

Когда я открыл дверь, над головой громко звякнул колокольчик. Магазин оказался больше, чем выглядел снаружи, и светлее. Повсюду горели подвесные бумажные фонарики. Поперек зала стояли два низких длинных стеллажа, полных конфет, сухофруктов и коробок шоколада. В полупрозрачных секциях у стен хранились развесные зерна и чай, а на широкой кассовой стойке тянулись вертушки с открытками и конфетами, все, как одна, стилизованными под тыквы. Одна из них сейчас была опрокинута. Шарлотта сидела в разбросанных тыквах, полуобморочная, припав затылком к стойке. За левую руку ее держал Влад. За правую – побелевший от ужаса парень в рабочем фартуке бордового цвета.

— …соли? Табак? – напирал на него энтроп. – Что сейчас помогает девушкам прийти в себя?!

Шаря свободной рукой в аптечном ящике, парень раскидывал по полу пластыри и ватные диски.

— Лучше скорую, – бормотал он. – Давайте вызовем скорую.

— Не надо скорую, – приблизился я.

Шарлотта резко подалась вперед:

— Вот-вот вырвет… мне… мне надо в туалет…

— Да, да, конечно… – пролепетал продавец. – Сейчас. Держитесь.

Она поняла это буквально и вцепилась в него, как кошка в дерево. На пару секунд парень предсказуемо впал в ступор. Затем режим «девушка в беде» совершил полный круг кровообращения, омыв мозг, и он поднял Шарлотту на руки.

Влад следил за ними со сложным выражением лица. Парень подался к бордовой шторе справа от кассы, прикрывающей дверной проем.

— Там… там подсобка, и уборная, и…

Энтроп молча прошел следом и, отдернув штору полностью, некоторое время наблюдал за происходящим. Я слышал возню, гудение открытого крана и утробные, пустые спазмы тошноты. Влад задернул штору и вернулся ко мне, попутно набирая себе шоколадно-тыквенный букет.