Книга Свидетель, страница 90 – Александр Подольский, Максим Кабир, Алексей Провоторов, и др.

Дом затрясся, но Валерий Саныч уже взял себя в руки. Смачно плюнул, развернулся и, поглядывая назад, торопливо ушел в машину. Отъехав на триста метров, остановился на дороге. Выглянул, не выходя. Особняк смотрелся шипастым силуэтом на фоне темного неба. Стоял мертво, огни на первом этаже погасли. Вдруг одна из башенок медленно начала поворачиваться, зажигая в верхних окнах недобрый оранжевый свет.

— Да тьфу на тебя! Хрена теперь догонишь! — закричал владелец, показал спятившему терему неприличный жест и дал по газам.

Если бы психика Валерия Саныча была постройкой, то арматура внутри оказалась бы из железа с двадцатым сечением. Посему, приехав домой, он еще поругал жене оборзевшую собственность, составил подробный алгоритм сноса, после чего плотно и с удовольствием поужинал, принял дежурную стопочку и выкинул происшествие из головы. На боковую отправился спокойно и с засыпанием проблем не имел. Но все же, поскольку сон его был сном живого человека, случившееся пробралось-таки туда.

Снова он стоял на участке, изучая свое многострадальное приобретение в сумерках. Зеленоватые облака наслаивались друг на друга, теснились от горизонта. Дом, выросший вдвое по сравнению с реальностью, опять зажег в окнах злые оранжевые огни. Потом зашатался, наклонился, выдернул отмостку вместе с прилипшими за века каменными кусками фундамента из-под одного угла, из-под другого, сзади и быстро зашагал вперед. Неторопливо обошел нового хозяина по кругу. А потом принялся напрыгивать, клацая дверью. Крыжовниковые кусты выстроились шеренгой, окружили хозяина плотным колючим кольцом.

Валерий Саныч попятился раз, другой. А потом как-то остро осознал ирреальность происходящего и подумал: «Дом? А что дом? Собой-то я во сне могу управлять как хочу, это ж главное!» Сунул руку в правый карман джинсов, извлек оттуда большой серебристый топор. Прикинул, что одного маловато, и тут же вытащил второй из левого.

— Хааааа! — заорал он, присев и бросаясь на кусты. — Хааа, вот вам, вот!

Завращал тяжелым оружием во все стороны. Прореженные кусты скачками бросились наутек. Валерий Саныч, потрясая двумя топорами, развернулся к дому с диким криком:

— Я! Я твой хозяин! Слышишь, ты, домина старая!

Терем наскакивал, но Валерий вертел топорами, отбивая щепки с углов и руша перила крыльца. А потом его начали мелко трясти за плечо, женский голос разорвал сон: «Валера, Валера, ты чего? Ты что же так кричишь?» И все рассеялось, осталась только боль в предплечьях, как будто натруженных.

После ночных кошмаров Валерий бессовестно проспал до полудня. Кажется, первый раз за последние десять лет. Разбудил его настырный звонок.

— Валерий Саныч, прошу прощения, но сегодня мы ничего не сделали. И я на некоторое время выбыл из строя, — раздался в трубке какой-то придушенный голос.

— Виктор? Вы? Что случилось?

— Да глупость. Тут, понимаете, как вышло… Я залез сам откручивать наличники, а бригаду на конек послал. И, понимаете, все как будто ходуном заходило. Двое с конька упали на леса, где был я и еще один работник. В общем, все мы сейчас в травме. У меня — рука, у рабочих — у кого нога, у кого — лодыжка. На четверых три гипса и одно растяжение.

— Тьфу, пропасть! А экскаватор?

— Экскаватор я пока отменил. Все-таки надо разбирать под моим присмотром. Объект я доведу, не волнуйтесь. С завтрашнего дня буду на такси приезжать. И еще… Там, кажется, кто-то повандалил ночью: крыльцо обрушено, зарубки на углах. Охрану бы?