Книга Приют повышенной волшебности, страница 63 – koteistka

Ответ был коротким: "Понятно. Удачи вам".

— Формально права Вика. Договоренность — вчера, конкретная, на среду.

— А не формально?

— А не формально… — Лера вздохнула. — Человек месяц готовил дом к самой сложной версии этой кошки. Не к "красивой сиамке с синими глазами". К слепой старушке с больным желудком. Понимаешь? Она выбрала Джоконду тогда, когда Джоконду не выбирал никто.

— Вот и я так думаю, — тихо сказала Рита — потому вежливо ответила Вике, что кошку заберет женщина, которая написала еще месяц назад. Да, я косякнула, что согласилась сразу на кандидатуру Вики, но я же не знала, как обернется!

— Вика сняла ролик, — Лера положила телефон на стол. Экран светился холодным синим светом. Видео было обиженное, со слезой в голосе, с заголовком "Как меня обманул "добрый" приют". Из видео следовало: договоренность была, девушка готовилась, купила лежанку, в кадре — лежанка, а потом ей отказали без объяснений. Вывод Вика делала уверенно: кошку отдали тому, кто заплатил. "Породистая же. Сиамская. Все понятно с этими приютами, наживаются на животных".

Ролик залетел.

— "Приют явно продает животных", — читала вслух Лера — "Обманули", "Похоже им предложили денег". Комменты под роликом летят как град. И отметки.

Под последними постами "Лапок и хвостов" уже кисли комментарии: "фу такими быть", "а мы вам верили", "поэтому я никогда не доначу приютам"

Рита почувствовала, как холодеют пальцы.

— Что делать? Я не могу им объяснить, — сказала она беспомощно. — Понимаешь? Не могу же я написать: "Ирина готовилась взять кошку слепой". Тогда все спросят — а что, кошка была слепая? А куда делась слепота? Что говорить-то?

— Так, — Лера отобрала у нее телефон. Лицо было решительное и слегка бледное — как у человека, впервые выходящего на минное поле, которое сам же и выбрал. — Дыши. Работать буду я.

Лера отвечала на комментарии ровно, вежливо, как метроном: "Ирина В. обратилась по Джоконде раньше остальных и все это время готовилась к ее появлению. Произошла накладка, приют приносит извинения всем, кого это задело". Потом выложила в сторис скрины — аккуратно обрезанные: даты видны, месячная давность видна, и видна фраза Риты "с собой дадим запас лечебного корма на первое время, бесплатно, конечно". Ни слова о слепоте. Ни намека на деньги — наоборот.

Люди переходили в сторис, видели скриншоты, доказательства и извинения, и волна негатива постепенно начала спадать. Медленно, нехотя, как вода после паводка. Кто-то извинился. Кто-то молча удалил свой гневный комментарий. Вика видео не удалила, но и продолжения не последовало.

А когда основной пожар был потушен, в комментариях всплыл один-единственный вопрос, от которого у Риты похолодело в животе: "А я одна помню, что раньше в объявлении эта кошка была слепая?.."

Лера удалила его быстрее, чем Рита успела дочитать.

— Я чувствую себя преступницей, — пожаловалась она, откладывая телефон. Руки у нее подрагивали. — Удаляю правдивые комментарии, режу скрины… Я в жизни ничего не подделывала, я в школе даже оценки в дневнике не исправляла! А тут сижу и зачищаю правду, как какой-то… пиарщик.

— Мы защищаем тайну, — возразила Рита. — Если узнают… Начнут приезжать. Со всеми своими безнадежными случаями. Я не смогу помочь всем, Лер. Я сломаюсь.