Книга Приют повышенной волшебности, страница 141 – koteistka

Вскоре позвонила София.

— Получилось!

— Что получилось?

— Аккаунт восстановили, Рит! Заходи скорее, твои интернет руки вновь в твоих руках.

— Софа, спасибо!

— Все для вас, кстати, если хочешь — могу помочь разгрести сообщения, я видела там море какое-то неоткрытых. Среди них наверняка есть важные.

— Очень поможешь, Соф.

Она уселась на диване и приступила к действиям. Залогинилась, первым же делом написала по Пельменю. Адрес, и правда, не дошел. Там с ума уже сошли, разволновались, что нет приюта — нет кота, попросили разрешения приехать за котиком через час.

Также она выложила видео о найденном лабрадоре, и сделала пост. Его тут же репостнули десятки добрых людей и пара организаций, и хозяева сразу нашлись, еще до того, как кота со вкусным именем успели забрать.

Рита подумала, что день лучше уже не станет, но заметила, как на карту упал донат в десять тысяч "Боялись, что уже не приложимся к волшебному приюту своей помощью, когда заблокировали аккаунт. Дорогу магии!"

Рита перевела все на кредит, добавив часть денег с зарплаты, которые почти не трогала, оставляла "про запас", улыбнулась, увидев, что уменьшилось количество платежей на два.

Она прислушалась к своим ощущениям. Как легко, когда сила вроде как есть, когда животные на месте и здоровы, когда аккаунт вновь на месте. А точно ли только из-за этого легко?

И тут она поняла. Та самая тянущая, противная боль в правой ступне исчезла. Совсем. Ступня казалась легкой и здоровой.

— Клео… — тихонько позвала Рита. — У меня нога не болит. Вообще.

— Какое поразительное открытие, — раздался с обеденного стола ленивый голос. Клеопатра сидела прямо на салфетнице, обвив лапы безупречным хвостом. — Естественно, она не болит. Ты пропустила через себя столько чистой, первородной магии, восстанавливая чужие органы, что твоя мелкая болячка затянулась сама собой, попутно. Ну и конечно, помогло то, что ты перестала носить тапки. Я ведь говорила, что я права. Богини не ошибаются в диагностике.

* * *

Рита поднялась к себе, и в приподнятом настроении погрузилась в чтение рукописи, но спустя пару часов постепенно до нее дошло, что на улице странная возня.

Она выглянула в окно, и не смогла поверить своим глазам. Девушка стремительно спустилась, пересекла двор, вышла на улицу.

Несколько десятков людей прямо между домом Риты и Алевтины Генриховны, стояли с плакатами и кричали о живодерне и незаконном приюте.

Очевидно, прямо на улице развернулся настоящий митинг. Рита посмотрела в лица людей, и не узнала никого из них, знакома была разве что сама Алевтина Генриховна, еще в глаза бросился серый силуэт, метающийся среди толпы — единственный, не кричащий лозунги и не держащий транспаранта.

Она сначала растерялась, почувствовав, как холодеют пальцы, которыми она написала Софии и Лере одинаковое:

"Это финал. Генриховна собрала митинг против приюта, прямо у участка"

Подруги пытались звонить, но Рита только лишь хлопала глазами. Она была явно не в состоянии говорить. Разве что в очередной раз плакать. Обе подруги написали, что скоро приедут.

Но в этот миг рядом материализовалась баба Зина с кухонным полотенцем на плече.

— Ритка, не робей! Ни один из этих лоботрясов с плакатами не имеет отношения к Ромашково! Я всех хозяев от Первой Садовой до пруда в лицо знаю. Это наемные, за копейку купленные!