Книга Развод. Отринутая истинная генерала-дракона, страница 43 – Мила Зайн

— Легион Драконов един в своей верности генералу Рагнару, — его голос, привыкший отдавать приказы на поле боя, прокатывается по залу, заставив замолчать даже самый тихий шепот. — И мы готовы пресечь любую попытку подорвать его авторитет. Любую.

Он кладет руку на эфес меча. Это не просто речь. Это угроза. Прямая, неприкрытая угроза гражданской войны, если Совет посмеет пойти против их командира.

И в этот миг, против своей воли, против здравого смысла, против моей клятвы о мести, я чувствую гордость.

Чувство вспыхивает внутри, обжигающее и неуместное, как цветок, проросший на пепелище.

Гордость за Рагнара. За моего мужа, который сумел заслужить такую абсолютную, слепую верность своих людей. Гордость за воина, которого я когда-то любила больше жизни.

Эта гордость пугает меня сильнее, чем некромантия, дремлющая в моем новом теле. Это чувство, словно предательство. Предательство моей боли, моей смерти, моей ненависти.

Я впиваюсь ногтями в ладони, пытаясь заглушить запретное чувство.

Мой взгляд мечется по залу и натыкается на Кейрана. Лорд смотрит на меня. Не на Дрейка, не на Рагнара. А именно на меня. Его взгляд странный, цепкий, оценивающий. К чему бы это?

Я резко отвожу глаза и попадаю в ловушку других глаз.

Рагнар смотрит прямо на меня, через весь зал, через десятки голов. И на одно бесконечное мгновение мир схлопывается до пространства между нами. Я вижу в его золотых глазах не генерала, не убийцу, а того самого упрямого дракона, который когда-то пошел против воли отца, чтобы быть со мной. Я вижу его боль, его вину, его одиночество.

Сердце спотыкается, болезненно подскакивает и заходится в бешеном, оглушительном ритме. Дыхание застревает в горле.

«Не смей, — шепчу я сама себе, как заклинание. — Не смей снова любить его, Айлин. Не смей».

Я отворачиваюсь первой, не в силах выдержать наш немой диалог. Заседание закрыто. Мне нужен воздух. Немедленно.

Я выхожу в дворцовый сад, и дневная прохлада касается разгоряченной кожи. Аромат роз пробуждает воспоминания, которые я пыталась похоронить под слоями ненависти.

Я иду по усыпанной гравием дорожке, и каждый шаг отдается хрустом. Я пытаюсь дышать. Пытаюсь вернуть себе ледяное спокойствие, которое давала мне жажда мести. Но оно не возвращается.

Все смешалось. Страдания Рагнара, которые я видела во сне. Мое имя на его губах. Верность его людей. И его взгляд…

Я останавливаюсь у старой беседки, увитой плющом. Той самой, где мы с ним прятались от придворных в первые месяцы после свадьбы.

Я вспоминаю, как однажды, именно в этой беседке, он поймал меня во время дождя. Мы были одни, и он, смеясь, стряхивал капли с моих волос большими, теплыми ладонями, а потом его смех стих, и он прошептал, что запах мокрой листвы и моей кожи — это запах дома. Его дома.

Что я здесь делаю? На руинах прошлого.

Это мазохизм. Нужно уходить.

Я разворачиваюсь, чтобы пойти прочь, и в этот момент из темноты за моей спиной раздается тихий шорох.

Я не успеваю обернуться.

Чья-то рука в кожаной перчатке, словно стальной обруч, обвивает мою талию, резко притягивает к мощному телу. Паника взрывается в груди ослепительной вспышкой. Меня тащат назад, в темноту беседки, в густые заросли плюща.

Кто-то разворачивает и прижимает меня спиной к холодной каменной колонне, я чувствую, как мужское тело наваливается сверху, лишая возможности пошевелиться.