Книга После Развода. Соседи поневоле, страница 3 – Майя Девятова

— Мама терпеть не может запах жасмина, — сказала я тихо, — У нее аллергия, ты забыл?

Он дальше продолжал смотреть на меня, но молчал.

— А сестра твоя недавно говорила, что ее дочь подстриглась под мальчика и заколки не носит, — с трудом добавила я.

Тишина.

Тягучая, липкая, как сироп, который утром капал мне на халат и был сладким, а сейчас это все вызывало рвоту.

Вадим вздохнул. Опустился на кровать, голый по пояс, красивый, но уже какой-то чужой.

— Ладно, давай поговорим, — сказал он.

— Давай, — я села напротив.

— Есть одна женщина, — начал он, как-то просто и буднично, как будто говорил о погоде, — Ее зовут Соня, она работает в нашей московской компании, в приемной. И мы с ней немного подружились.

— Подружились?? Ты так это называешь? Когда это случилось?

— Четыре месяца назад.

Четыре месяца… это сто двадцать дней.

Столько дней я просыпалась рядом с ним, варила ему кофе, гладила рубашки, которые она потом с него снимала.

— Ты ее любишь? — спросила я, голос не дрогнул странно, внутри ураган, а снаружи лед.

— Я не знаю, — он провел рукой по мокрым волосам, — Но я запутался, Лин.

— Запутался, — повторила я, — Хорошее слово, как будто не ты это выбирал, спать с другой. Не ты выбирал, когда не возвращался домой. Судьба запутала, да?

Он промолчал.

Я встала, подошла к окну.

Сад, наш сад, утопал в летнем золоте.

Пионы раскрыли свои тяжелые головы, ласточки все также чертили дуги в небе.

А моя жизнь рассыпалась на осколки, каждый из которых пах жасмином и ванилью.

— Я уезжаю, — проговорила я, оборачиваясь.

— Нет, — его голос стал жестким, — Ты никуда не уезжаешь.

Я ошарашенно смотрела на него.

— Что значит “никуда”?

Он встал, подошел ко мне, полотенце почти упало с его бедер, но он быстрым движением поправил его.

Подошел почти вплотную, я чувствовала тепло его тела, его аромат… и он больше не был моим.

— Дом принадлежит мне, — сказал он спокойно, как отрезал, — Но брачным договором предусмотрено, что в случае раздела имущества ты имеешь право жить здесь до продажи объекта. А продавать я его не собираюсь.

— Ты хочешь, чтобы я осталась? — я не поверила своим ушам.

— Я хочу, чтобы ты никуда не уходила в слезах и соплях, — он скрестил руки на груди, — Мы взрослые люди, Лина. Если ты захочешь развод, получишь его. Но дом это общая территория. Будешь жить в восточном крыле, я в западном. Как соседи.

Я смотрела на него и не узнавала.

— Ты предлагаешь мне остаться жить с тобой под одной крышей после того, как ты мне изменил?

— А у тебя есть выбор? — он усмехнулся, — Галерея моя, деньги мои. За учебу твою плачу я. Ты не потянешь без меня. Так что, дорогая, выбор прост. Или ты живешь здесь, как хозяйка восточного крыла, или ты живешь на улице.

Я еле могла дышать. Он не шутил. Этот человек, который еще утром кормил меня клубникой, сейчас смотрел на меня, как на конкурента на переговорах. Холодно, расчетливо и жестко.

— Ты чудовище, — прошептала я.

— Я реалист, — он пожал плечами, — И я даю тебе время подумать до вечера.

Он вышел из спальни и хлопнул дверью.

Я осталась одна.

С платком в руке. С запахом жасмина в носу. С домом, который вдруг стал клеткой.

Вечером того же дня я сидела в восточном крыле, в комнате для гостей, которую мы никогда не использовали.

Мои вещи перетащили сюда по его приказу. Чемоданы, сумки, коробки с косметикой.