Книга Все дело в кузнеце, страница 53 – Кристина Шефер

Решившись, я пошла за сатиром. Надо было понять, где они остановились. В городе два подходящих парка. Оба им подходят для стоянки.

Сатир, если и заметил меня, виду не подал. Он шагал быстро, прямо и уверенно. Он почти прямиком шел до своего лагеря, как будто знал, что я за ним. Или просто знал, куда идёт.

Стоянка располагалась в парке имени Святого Марка. Могла бы и догадаться. Он просторный, не выстрижен до состояния парадной клумбы с дикими зарослями и укрытиями. Природный, настоящий.

Шатров было меньше, чем три года назад, раза в два. Но всё равно достаточно. Десятка два. Мне и этого хватит. Только бы помогли…

Я шла по парку, громко стукая и шаркая сапогами, следуя прямо за сатиром. Сатир шёл передо мной. И только когда мы вошли в самую середину лагеря, он снял с себя мокрый плащ.

И я поняла, насколько он красив.

Серые длинные волосы свободной волной спадали до пояса. Мощная спина — вместо рубашки лишь несколько кожаных полос крест—накрест, под которыми ножи. Множество. На талии ремни с кошелями и оружием. Нижняя часть тела, как у всех сатиров, козлиная, шерсть тёмного шоколадного цвета.

Когда мы дошли до середины лагеря, он резко развернулся и оказался лицом к лицу со мной.

Я застыла.

Умное молодое лицо с тонким шрамом, пересекающим бровь. Небольшая бородка. Глаза, как лесная тень, глубокие, внимательные.

Хотя… «молод» — понятие растяжимое, если речь о лесном народе.

— Что тебе нужно, дитя? — спросил он негромко, сипло, как будто голос слегка простужен. И нахмурился.

— Доброго вам вечера, Темнейший. Я бы хотела поговорить с вашей главной, если это возможно. Пожалуйста, — попросила я и постаралась добавить во взгляд всю мольбу, на которую была способна.

Сатир приподнял бровь, чуть склонил голову набок, будто рассматривая меня под другим углом, и, не говоря ни слова, кивнул. Повёл вперёд, к шатру, что был чуть больше остальных.

— Жди здесь, — скомандовал он и пальцем ткнул на место у порога.

Я кивнула и приготовилась ждать. Перед входом в сам шатер был небольшой навес козырьком, так что ждать оказалось вполне комфортно дождь больше не капал на голову, а земля под ногами не хлюпала.

Минут через десять, а может, и пятнадцать, меня пригласили внутрь.

Сатир, что привёл меня, остался у входа. Охрана? От кого? От меня или, наоборот, для меня?

Внутри шатра оказалось удивительно просторно. Почти все предметы, кроме сундуков и тканевых вещей, были выплетены из живых растений. Комната делилась на три зоны: слева спальня с широкой кроватью, устланной шкурами, справа — умывальня, а прямо передо мной — низкий стол, за которым сидела нимфа и что-то писала.

Эта представительница прекрасного народа выглядела не в пример старше предыдущей, которую я видела. По человеческим меркам лет за сорок, но кто знает, сколько ей на самом деле?

Когда она закончила, аккуратно поставила перо в чернильницу, провела ладонью над пергаментом и, свернув конвертом, убрала в шкатулку. Та вспыхнула мягким светом — письмо отправлено. Только тогда нимфа подняла на меня взгляд.

Забавно, что именно эта нимфа обладала совершенно неожиданным цветом волос для ее статуса. Он был нежно розовым. И одежда — лёгкая, воздушная, переходящая от белого к розовому. Такая лёгкая зефиринка, если бы не взгляд. Ей бы играть наивных маленьких дурочек — и ведь поверили бы. Почти все. Кроме своих. Те наверняка знают, что под этой внешностью скрывается куда больше.