Книга Все дело в кузнеце, страница 50 – Кристина Шефер

Посмотрела снова на книги. Может, есть ещё?

Послышались шаги на лестнице. Громкий стук.

— Папа, ты там? Папа, открывай! Хватит работать. Ты там так и помрёшь между своими склянками и бумажками! — кричал в дверь Люк.

«Знал бы ты, насколько угадал. Просто сказочно», — подумала я и решила, что и этих денег достаточно. Жадность — не добродетель ни разу. Вспомним мою мать. Я развернулась и уже хотела вылезти в окно, как увидела на столе ту маленькую книжонку, которая и послужила ключом к разгадке нужного ритуала. А рядом на столе раскрытый блокнот, куда граф все записывал. Оставлять их тут слишком опасно. Кто-то может повторить весь этот ужас. Так что я их подобрала и спрятала в свой импровизированный мешок. Потом сожгу. И вот теперь уже полезла к окну.

Залезла сперва на небольшой шкафчик для книг, который заканчивался высотой моего роста. Затем встала на носочки и открыла окно. Рама даже не скрипнула. Видимо, граф часто проветривал помещение, ведь химичил часто по несколько дней, не выходя из этой комнаты вообще. Подтянулась, выкинула туда узел, и сама вылезла… прямо в куст с розами. Повезло, так повезло. Встать не вариант. Ещё больше оцарапаюсь шипами. Пришлось ползти по земле, как ящерица, выбираясь на свободу.

— Вы в саду смотрели? — послышалось прямо надо мной. Я замерла и перестала дышать.

— Сейчас проверим, Ваша светлость! — раздалось немного дальше.

Пришлось задним ходом вернуться к стене здания и ползти вдоль него до калитки для слуг, которая ведёт в огород. Там точно сейчас никто искать не будет, если все ищут именно графа. Где он и где слуги?

И пристало же Люку сейчас вернуться? Зачем ему срочно отец потребовался?! Вытворил что-то в школе эдакое, должно быть, и его исключили в очередной раз. Его, кажется, уже стабильно исключают раз в год.

Вот и каменная стена с плющом.

Наконец вылезла из кустов. Осмотрела свой вид… Нда… как покойница. Хотя почему как?! Я сегодня как минимум дважды почти умерла. А может и трижды. Вся в земле, руки красные от шипов. Но руки — это мелочи, да и царапины уже затягиваются на глазах. Оглянулась- никого. Хорошо. Проскользнула через калитку в огород.

И тут мое везение закончилось. Из двери на кухню вышла леди Мариетта с корзинкой чего-то. Увидев меня, она застыла. Ее брови поднялись к линии роста волос, глаза заскользили по мне. Она явно подмечала все. И платье, и грязь, и царапины, и весь весёлый внешний вид.

Из кухни донеслись какие-то звуки. Вот и все. Мне конец! Или она закричит, или ещё кто-то сдаст. Но леди неожиданно улыбнулась, показала мне стоять на месте. Затем резко развернулась и, частично скрывшись в кухне, сказала, обращаясь к неведомому мне собеседнику:

— Я сама все принесу. Не выходи.

Оттуда донеслось бормотание, и она вышла на улицу, захлопнув поплотнее дверь.

В секунду леди подскочила ко мне и вцепилась в локоть. Повела по направлению к углу конюшни, откуда никто бы нас не увидел.

— Леди, что вы тут делаете? — шепотом спросила она.

— Я… я… он… — не смогла я выдавить ни слова. Картина вновь всплыла перед глазами, и слёзы перехватили горло.

— Леди! Леди! Катарина! — зашептала она уже почти в панике.

— Я не хотела! Я не знаю, как так вышло… шкаф просто упал… а он там… а потом его глаза смотрят прямо на меня… — рыдала я, не в силах совладать с собой.