Онлайн книга «Алая сова Инсолье»
|
Корабли мои… Разбиваются вдребезги… На песке… Их бросаю без жалости… Ты прости! Но мне даже не верится… Что мы войдем в открытую дверь… Инсолье притих рядом, от него шло ровное успокаивающее тепло. И так хотелось верить, что мне теперь есть к кому идти в темноте. Пусть даже это ненадолго. Пусть потом будет больно. Больно всегда, собственно, так чего бояться? — Это не колыбельная. Но сойдет, пернатая… — прошептал Инсолье мне на ухо, засыпая. Утро пришло раньше, чем его здесь ждали. Влезло на кровать белым пушистым комком, у которого явно раньше времени прорезались глаза, коготки и громкий, пронзительный голос. И принялось ползать по нам, не разбирая спутанных во сне рук и ног. — Чего? Уй… да вашу… нет, да что ж оно… Слезьте с меня обе! Я, конечно, просто искала тепла во сне, но неудобно вышло. Разлеглась на своем спасителе как на подушке, еще и бедро на него закинула, прижав коленом… кхм. А когда оживший с утра пораньше котенок, которому мы еще не придумали имя, приполз нас будить, еще и принялась ерзать в полусне. — Да вы издеваетесь! — взвыл несчастный. — Я что, железный, что ли?! Так стремительно из моей постели еще никто не убегал. Надеюсь, я ему больно не сделала? Спали мы одетые, если что, все было более чем прилично. Но теперь я засомневалась — показалось, может быть? Ну, что мое колено упиралось во что-то, чего раньше не было. — Успокой свое животное, женщина! — донеслось из-за ширмы, где послышался плеск воды и последующий отборный мат. Инсолье явно опрокинул на себя бадью с водой, а за ночь та наверняка остыла. На дворе весна, и в целом даже в лесу у костра не замерзнешь, если в одеяло получше укутаться. Но вода остывала, это я помню хорошо по ежеутреннему умыванию из котелка на привале. — Прости, пожалуйста. — И не подумаю! Пока вот это… и это… и это! Не съешь! Шмякнул чем-то о дощатую столешницу рядом с кроватью, прошелестел бумагой и так стремительно убежал, что я не успела даже часть нитей расправить, чтобы сориентироваться. И на него посмотреть. За время, прошедшее с лечения котенка, я опять вроде как привыкла обходиться слухом, осязанием и прочими чувствами. Но силы возвращались, а с ними и мультики. Только вот… — Васко! Васко! — раздались какие-то странные крики за дверью. — Васко, где ты? Если ты снова от работы прячешься, благодари всех живых богов, чтоб я не выдрал тебя до кости, гаденыш! Ну, вроде побегали, позвали и успокоились! Но через пятнадцать минут ситуация повторилась. Только теперь звал уже женский голос, и что-то мне в нем не понравилось. Кажется, его хозяйка едва сдерживала панику и слезы. А еще через пять минут хлопнула дверь, и мрачный голос Инсолье произнес: — Поздравляю. Еще одного придурка убили. — Убили?! — Сердце тревожно стукнулось о грудную клетку и принялось колотиться в нее, словно забулдыга, который рвется в дом после недельной гулянки. — Считай, что убили. С вечера никто мальчишку не видел, — пожал плечами Инсолье. — Вряд ли он пережил эту ночь. Слава всем богам, что ты сюда не в красном платье приперлась. Иначе одно из двух: либо обвинили бы опять в чем попало, либо сначала припахали бы идиота разыскать, а потом обвинили. — Разыскать? — уловила я главное. — Почему именно я должна была бы его разыскивать? |