Книга А единороги будут?, страница 29 – Ирина Смирнова

Я влетела в комнату, где был Рикиши и, ожидаемо, уставилась в спину Соноле, продолжающей развлекаться вырезанием на моем… моем парне!

— Ты мне его подарила, помнишь?!

— Конечно, помню, — стерва презрительно фыркнула, как кошка. — Вот нет, чтобы спасибо сказать за то, что я за твоим рабом присматриваю.

— Ты его портишь! — я уперла руки в боки и с вызовом посмотрела на Сонолу.

Та рассмеялась, вроде даже по–настоящему, но все равно как–то неприятно.

— Пара глотков крови мага. Ах, ну да, ты же у нас еще не маг, а так, — почти пропела она, только не кружа по комнате. — И бедный мальчик будет как новенький!

— Отвяжи его, — буркнула я, почему–то не ощущая уже внутри ни злости, ни ненависти, только усталую обреченность. Да, я буду бороться, но завтра… завтра. Все завтра.

— Присматривай за ним, и не клади его спать в свою кроватку без ошейника! — продолжала глумиться Сонола. — Выпьет тебя полностью и все.

Я стояла в центре комнаты, не реагируя, и ждала, пока Рикиши оденется. Он тоже молчал. Хмурился, искоса поглядывал на меня, но молчал.

Обе родственницы настойчиво намекали, что Рикиши может выпить меня досуха, но при этом одна — подарила, а вторая не стала отнимать. Вопрос: после сдачи экзамена я перестала им быть нужна, или они просто нагоняют на меня панику? Раз завтра у меня встреча с приемной комиссией, значит нужна. Вывод? Милые леди меня зачем–то запугивают.

— Рикиши?.. — мы уже вышли в коридор, оставив Сонолу за дверью.

— Да, леди?

— Ты теперь, и правда, должен спать в моей комнате?

— Да, — парень упорно смотрел вперед, отводя взгляд. — Я же раньше жил с леди Сонолой.

— Понятно.

— Только не надевайте на меня магический ошейник, пожалуйста, — ну наконец–то на меня рискнули посмотреть. Голос спокойный и уставший, и взгляд грустный.

— Не буду. Я тебе верю, — зачем–то призналась я.

Рикиши пристально посмотрел на меня и тяжело вздохнул:

— Зря, леди. Полностью верить не надо даже мне. Но выпивать вас я точно не буду.

— Ну, и отлично, — я вяло улыбнулась. — Потому что мне очень хочется спать. Разбудишь меня к ужину?

— Да, леди, как пожелаете.

Мы зашли в мою комнату, я молча стянула нижнюю юбку, скинула туфли и, после минутного размышления, стащила платье целиком и быстро залезла под одеяло. Уже закрыв глаза, я услышала, как Рикиши запирает дверь в мою спальню на замок, потом скрипит кресло, и после этого наступила тишина. В сон я проваливаюсь почти мгновенно. Устала… Как же я все–таки устала!

Такого эмоционально насыщенного на переживания дня у меня не было за все предыдущие тридцать лет жизни! Как с утра началось все через одно место, так и понеслось. Сначала Сонола со своим подарком, потом, буквально у меня на глазах, смерть двух женщин… и осознание, что одной из них вполне могла оказаться я. Разговор с Марими тоже не успокаивал ни разу. Так что, неудивительно, что я вырубилась, едва моя голова коснулась подушки.

Но проснулась я сама, Рикиши не пришлось меня будить. Облокотилась на подушки, устраиваясь поудобнее, и уставилась на сидящего напротив меня в кресле парня.

Четыреста лет. Он был у Марими четыреста лет! Значит, он старше Сонолы? Ведь той всего триста двадцать восемь, а он еще какое–то время успел побыть ее собственностью. Лет так сто–двести. Даже думать страшно. Мне — тридцать, а ему — шесть сотен?!