Книга Крапива, которая любила читать. Часть 2, страница 36 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— Мур-р-р, — сказала мне крапивка и за руку потащила от них подальше. — Хорошо же вышло? А ты сомневался.

— Сейчас хорошо. Но я без понятия, что будет завтра. Язык мой — враг мой, так, кажется, у вас говорят?

— Да ладно, просто посоветуй им больше любить друг друга. Конечно, это может быть слегка цинично, но если не выйдет конкретно с этим малышом, то может сразу получиться другой. Но на месяц позже, — решила утешить меня Ортика, прижимаясь теснее.

— Тут все не так просто. — Я вздохнул. — Обычно валькириям силой рода затворяют чрево. Чтобы они при своем темпераменте и вольных нравах не понесли от кого попало. И я не знаю, что сработало в нашем случае: то, что ты своей волей благословила этот брак, или то, что здесь магия идет вразнос и подействовала ровно наоборот.

— Разберемся. — Ортика пожала плечами. — Не знаю, откуда у меня эта уверенность, но она есть. Все у них будет хорошо.

— А у нас? — поддавшись непонятному порыву, спросил я.

— А у нас… — Крапивка всерьез задумалась и вздохнула: — А у нас не знаю. Но я подумаю над этим еще. Особенно когда ты расскажешь мне, кто ты такой.

— Тебе будет… сложно это понять. — Я невольно нахмурился, перебирая часть воспоминаний Ортики. Может, что-то близкое было в ее сказках?

— Да ладно. — Она засмеялась и потыкала меня пальцем в щеку. — Сложнее, чем умереть и оказаться в чужом мире и чужом теле? Сложнее, чем вытаскивать тебя из одеревенения?

— А у тебя самой какие предположения? — решил проверить я, заодно давая себе еще немного времени на обдумывание той правды, что я должен рассказать такому маленькому, но такому мудрому ростку.

Ортика стала серьезной. Посмотрела на меня и медленно сказала:

— Тебя принесли в жертву вечному дереву? И ты стал энтом?

— Кем?! — Ее догадка оказалась настолько близка к реальности, что я на секунду задохнулся и мог спросить только о какой-то незначительной глупости.

— Энтом. Ты же «Властелина колец» уже читал? — улыбнулась Ортика.

— Я что, похож на сморщенное ходячее дерево, рассуждающее медленнее Верата, который залип на Рябинину грудь? — Наверное, мне следовало оскорбиться. Но зачем?

— Сейчас нет, а вот вчера вечером натурально корой обрастал, — поежилась девушка. — Я эту кору из тебя тянула-тянула, чуть не надорвалась. И теперь у меня родинки немножко того. Деревянные.

— Что?!

И. о. Ортики. Ольга

Я помедлила, а потом спустила платье с плеча. У меня, точнее, у Ортики там действительно всегда была родинка, похожая на миниатюрный крапивный листочек. А теперь… теперь этот листочек отливал серебром «мэллорна» из видений Нарцисса. И на ощупь был совсем как кора этого вечного дерева.

— Демоны, что вообще произошло?! Как?! — не мог успокоиться цветочек, водя пальцами по моему плечу.

— Наверное, это магия наизнанку виновата? — предположила я, пряча улику под рукавом. — Да и ладно, ничего же страшного. Она не растет, я проверила. И в другом месте… тоже не растет.

— Еще и в другом месте?! Покажи!

— Э-э-э… знаешь, давай потом. Демонстрировать задницу всем заинтересованным лицам мне в целом не впервой, но дети на этом спектакле однозначно лишние.

Нарцисс посмотрел на меня так, словно вместо второй родинки у меня выросла вторая голова. Потом закрыл лицо руками и уткнулся им в мое плечо.