Книга Крапива, которая любила читать. Часть 2, страница 35 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— И кровати! И шезлонг Инермису. И…

— И загон для Ландыша. — Рябина подошла со спины и внесла свои коррективы. — А то средний брат моего мужа уже начал говорить, что раз Верат женат, то пусть детей сам и рожает, а он уйдет в аскеты и никогда в жизни не заведет этот ужас.

— Мужа? — Ах да, я уже успел забыть за всеми этими переживаниями. — Но все равно — почему мужа-то? Жениха если только. Благословения рода не было, церемонии у камня предков тоже.

— Это по вашим законам не было, — пожала плечами Рябина. — А по моим все было. Я пришла, взяла и объявила его мужем. Сила северной крови в лице моей леди это подтвердила. Все.

— Так разве у северных народов не патриархат? — внезапно прошептала мне на ухо Ортика. — Вы с Рябиной мне все так красочно расписывали, какие там женщины бесправные и забитые. Врали, да?

— Она же валькирия, — скривился я. — У них все не как у людей. Мы рассказывали тебе про хороших девочек, послушных и милых. А воительницы могут вступить в брак только с теми, кого род одобрит. Ты у нас сейчас и есть род, благодаря предкам.

— Ага, это понятно. Непонятно другое. В каком, интересно, месте я послушная и милая? — удивилась крапивка.

— В том, где платьишко и на ручки? — предположил я и улыбнулся. — Кстати, а не поторопились ли вы, новобрачные? — снова обратился я к Рябине.

— Нет. — К нам подошел Верат и обнял свою… хм… жену. — Если ты не заметил, пока мы были вместе, на нас даже кошмарник не подействовал. Это о чем-то да говорит.

— Ого! — вот тут я, признаться, впечатлился. Хотя виду не показал. — Ну, теперь главное — малыша не потеряйте со всеми этими скачками. Ледон за безвременно почившего внука меня по голове не погладит.

— Уже?! — хором удивились… все, кто подтянулся на разговор.

— Уже. Мелкому всего сутки. — Я чуть прищурил глаза и прислушался к новой жизни, все еще возникающей в женском теле. Но тем не менее нити, связывающие ее с миром и родом, уже начали появляться.

Рябина застыла, словно громом пораженная. Прижала руки к собственному животу и замерла, часто-часто моргая длинными ресницами. А потом…

— Что?! — насмерть перепугался Верат. Как и все остальные, впрочем. Потому что видеть, как у воительницы по щекам текут реки слез, было слишком непривычно.

— Он там, да? — шепотом спросила девушка и жалобно шмыгнула носом. — Малыш? Настоящий? Мой?

— Наш! — торопливо поправил Верат и разулыбался так, словно ему два наследства на блюде принесли.

— Главное — никаких истерик и подвигов. Он только зародился, и пока еще слишком большая вероятность его потери. У людей такое бывает, как, впрочем, и у животных. При неблагоприятных обстоятельствах сбрасывать эмбрион на ранних сроках, — предупредил я. Эх, надо было сдержаться и промолчать о том, что оплодотворение уже произошло. Учитывая наши приключения, риск слишком велик, а так бы она его даже не заметила. С другой стороны, теперь девушка точно не полезет на рожон, как обычно.

— Я не буду. — Рябина решительно вытерла слезы одной рукой. Второй она продолжала держаться за живот. — Никаких вероятностей! Он там, и я его рожу!

Лицо у воительницы стало такое, будто она вот прямо сейчас вступает в бой с обстоятельствами. И почему-то я даже не сомневался — победит.

Верат обнял ее со спины и тоже положил обе руки на подтянутый пресс девушки. И что-то принялся нашептывать в мгновенно покрасневшее ухо.