Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 292 – Леси Филеберт

— Держись, — шепнула я то ли Лунтьеру, то ли самой себе. — Твой Страж с тобой!

Я пока толком ничего не знала о связи Бойца и Стража, но чувствовала невидимую нить между нами и осознавала, что по этой нити могу передавать энергию. Это было похоже на нить, которая связывала меня и Лунтьера через огненные эрнилы на моей левой руке, только эта нить истинной связи была приятной и действующей в обе стороны.

Мое внимание привлекло движение с другой стороны: Румиль, советник императора, тот самый надменный тип, смотрел не на эпическую дуэль, а прямо на меня. И в его взгляде не было ни капли благородного гнева Каллоса, там была простая, неприкрытая злоба. И желание убрать самое слабое звено.

Он прошептал что-то, и воздух перед ним сгустился в черное, колючее копье из чистой ненависти, оно помчалось ко мне, неся с собой запах тления и абсолютной пустоты. Это было смертельное заклинание, которое должно было превратить меня в пыль, как минимум.

Я замерла, понимая, что не успеваю даже испугаться, а защищаться от подобных заклинаний не только не умела — а даже понятия не имела, можно ли от них вообще защититься. Но из брошки на моей мантии вырвался маленький голубой комочек с отчаянным боевым кличем: «Ты на кого пасть разинул, фрикаделька недоделанная!»

Морф метнулся навстречу копью, приняв форму щита с дурацкой рожицей, показывающей неприличный жест. Раздался оглушительный хлопок, и ослепительная вспышка синего света на мгновение заполнила пещеру. Когда зрение вернулось, я увидела, как призрачное тело Морфа стало совсем прозрачным и размытым.

— Морф!!!

— Ой... Кажется, меня перегрузило, — просипел он жалобно. — Я... того... на изнанку мира... надо... подзарядиться...

И он исчез, растворившись в воздухе, а я осталась стоять с сердцем, готовым выпрыгнуть из груди, и с ледяной яростью, медленно поднимающейся из самых глубин моей души.

Я повернулась к советнику. Фануилосу, чтоб его.

Если бы взгляды могли убивать, он бы уже превратился в аккуратный столбик пепла.

— Ты... — прошипела я так тихо, что, казалось, никто не услышит, но он услышал и отшатнулся.

Из моих ладоней вырвался не огонь, а нечто иное — сгусток яростной, дикой магии найоки, пламя, пахнущее хвойным лесом. Я швырнула его в советника со всей силы, он едва успел отбить заклинание щитом, но мое пламя было таким жарким, что его изящная эльфийская перчатка на правой руке мгновенно почернела и оплавилась.

— Ах ты тварь! — взвизгнул он, с раздражением срывая с руки тлеющие остатки ткани.

И вот тогда я увидела то, что заставило мое сердце пуститься вскачь. Правая рука советника... На ней не хватало трех пальцев. Указательного, среднего и безымянного. Они были срезаны... нет, даже не срезаны. Словно стерты магией, идеально ровно. Слишком ровно и подозрительно. Совсем недавно я видела советника императора в полном здравии, и обе его руки были в полном порядке. Что могло произойти за столь короткий срок?

А еще я заприметила на месте среза слегка пульсирующий золотом шрам в виде спирали. Хм... А не об этой ли спирали говорил Лунтьер, когда рассказывал об отправленной в сторону невидимого противника метке?

— Лэнни! — закричала я, не отводя глаз от руки советника. — Его рука! Пальцы! На них шрам! Спираль! Та самая спираль!