Книга Пышка-попаданка и ее скандальный кафетерий, страница 39 – Ольга Баринова

— Вы знаете, что это значит? - спросила Марина, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Это вызов, - отозвался инспектор. – Ваш деверь был лишь ширмой. Кто-то зашел в здание архива, вырезал страницу из охраняемого тома, а теперь вернул ее нам, подставив вашего деверя под удар канцелярии.

Марина посмотрела на фамильное кольцо, которое все еще покалывало кожу теплом.

— «Ключ все еще у вас», - процитировала она. - Они имеют в виду кольцо? Или то, что я смогла открыть тайник?

— В этом мире «ключом» называют не только предмет, баронесса. Ключом может быть человек, чья кровь способна пробудить древнюю магию. Хранитель, которого приняла земля.

Эдмунд обернулся к одному из охранников:

— Немедленно доставьте этот лист в лабораторию канцелярии. Проверить на остаточные следы телепортации или скрытые эфирные чернила. И усильте пост у входа. Баронесса и ее люди теперь под защитой высшего приоритета.

Когда охранник ушел, в лавке повисла тяжелая тишина. Лина судорожно протирала и без того чистый стакан, испуганно поглядывая на окна.

Марина глубоко вздохнула и расправила плечи. Страх был плохим советчиком, а в ее прошлой жизни на комбинате кризисы случались едва ли не каждую смену. Принцип был прост: если не можешь контролировать угрозу, контролируй производственный процесс.

— Эдмунд, если бы они хотели меня убить, они бы давно убили. Если бы хотели оставить меня ни с чем - не возвращали бы страницу. Значит, им от меня что-то нужно. И пока это «что-то» не получено, я в относительной безопасности.

— Рискованная логика, - заметил Рейн, но в его взгляде мелькнуло мимолетное одобрение.

— Другой у меня нет. А пока у нас есть работа. Лина, сколько у нас осталось цикория?

— Почти нисколько, госпожа. Полмешка от силы. А заказов от Аделины Мор и ее управляющего...

— Значит, завтра мы не просто открываемся. Завтра мы запускаем «премиум-линейку».

Марина прошла в заднюю комнату к очагу, который теперь был чист и безопасен. В голове уже выстраивались графики температурной обработки. Она знала, что обычный жареный цикорий скоро приестся столице. Чтобы удержать рынок и заработать на настоящую финансовую безопасность - и, возможно, на пару зубастых адвокатов - ей нужно было нечто большее.

Весь вечер и половину ночи Марина провела в лаборатории, которую обустроила на кухне. Она экспериментировала. Цикорий – растение капризное. Но если его ферментировать перед сушкой, как какао-бобы, а затем обжаривать с добавлением патоки и каплей морской соли, вкус обретает глубину, почти не отличимую от дорогих сортов кофе, которые в этом мире могли позволить себе только принцы.

Эдмунд не ушел. Он устроился в углу с какими-то бумагами, изредка поглядывая, как баронесса - представительница знатного рода - с удивительным усердием толчет коренья в ступке и замеряет время по песочным часам.

— Вы не похожи на женщину, которая провела жизнь в праздности, баронесса, - негромко сказал он, когда она в очередной раз подошла к плите, чтобы проверить карамелизацию.

— Праздность - это медленное самоубийство, - ответила она, не оборачиваясь. - Когда я сидела в подвале, я поклялась, что больше никто и никогда не будет решать, что и как мне делать. Моя работа - это мой щит.

Она протянула ему маленькую ложечку с густым темным сиропом.