Книга Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны, страница 82 – Мария Мире

Людей Каэля, как я догадывалась, в зале было трое. Первого я знала наверняка — тот самый, что когда-то принёс весть о свадьбе и выезде Азареля из столицы. Он занял место у дальней стены с кружкой и скучающим видом человека, зашедшего скоротать вечер. Второго я видела в компании Каэля и Кольма несколько раз. Ларс был невысоким, белобрысым и совершенно неприметным — из тех людей, которых забываешь, едва отведя взгляд, что, по всей видимости, было его главным профессиональным достоинством. Сколько ни пыталась, я так и не смогла вспомнить, в какой именно день он появился в Вилке. Просто однажды он стал приходить — и всё. Третья, кого я подозревала, — женщина лет сорока, которая появилась в деревне неделю назад и с тех пор каждый вечер заходила выпить травяного отвара. Сегодня она снова сидела у окна и неторопливо вязала. Спицы двигались ровно и привычно, но глаза за этим движением не следили. Я несколько раз ловила на себе её спокойный взгляд, но так и не решилась подтвердить у Каэля свои догадки.

Сколько ещё людей Тайной службы было рассеяно по деревне и окрестным дворам — я не знала и, наверное, не должна была знать. Это была их работа, не моя. Моя работа была проще и сложнее одновременно: стоять за стойкой, разливать вино, улыбаться и не показывать, что я пытаюсь оценить свои шансы ничуть не хуже рыжебородого.

Среди людей Азареля был юноша. Практически мальчик. Лет семнадцати, не больше, с тем особенным выражением напряжённой безмятежности, которое бывает у людей, когда они изо всех сил делают вид, что им совершенно не страшно. Он сел так, чтобы видеть дверь, и с тех пор смотрел на неё примерно каждые две минуты — коротко, почти незаметно, но достаточно регулярно, чтобы я обратила внимание.

Из шести человек, выехавших с Азарелем из столицы, в мою таверну приехали только четверо.

Ужин прошёл как многие до или после. Разговоры за столами были лёгкими — погода, дорога, качество вина. Каэль сидел на своём обычном месте и участвовал в общей беседе, будто бы снова стал лишь обычным путником, а не принцем. Посмеивался над неловкими шутками Ларса, поддерживал разговор Дуата о ценах на кристаллы соли в следующем сезоне. Азарель держался дружелюбно, хотя и, как раньше, сдержанно. Ухаживал за Изольдой, поинтересовался тем, как прошла дорога у своих людей. Щедро взял на себя все расходы присутствующих.

— В конце концов, мы с Виолеттой хоть и в разводе, но не чужие. Позвольте мне подарить всем вечер и не стесняйтесь просить добавки. Её кухня действительно поражает воображение.

Я убирала тарелки и думала, что, наверное, именно так выглядит мир перед грозой — совершенно обыкновенно, только воздух немного другой.

Азарель подошёл к стойке, когда все уже выглядели излишне расслабленными, а за окнами окончательно стемнело. Я заставила себя улыбнуться, но вся его вечерняя дружелюбность на самом деле лишь изрядно нервировала меня. Он нёс два бокала — один в руке, второй протянул мне через стойку с той лёгкостью, с которой делают простые, само собой разумеющиеся жесты.

— За удачное разрешение дел, — сказал он. Голос тёплый, почти мягкий. Улыбка — та самая, которую я знала из чужой памяти. Та, от которой когда-то перехватывало дыхание у несчастной Виолетты Дуат. — Рад, что ты оказалась разумной девушкой, Виолетта. Ни к чему было бы поднимать лишний шум из наших семейных дел.