Книга Хайноре. Книга 1, страница 62 – Рика Иволка

— Чего ждёте, госпожа? Берег большой, ведите сюда свою кобылку.

Услышав голос Биро, Лира аж подскочила на месте, а Малинка за её спиной расфыркалась. Заметил… впрочем, не слишком то уж она пряталась.

— Я… я её просто выгуливаю…

Биро окинул её прищуренным взглядом — солнце слепило ему глаза.

— Что, сами никогда за нею не ухаживали?

Лира смущённо покачала головой, а потом вышла на берег, ведя лошадку за собой. В самом деле, она очень её любила, приносила яблоки и морковку, изредка чесала гриву, но никогда после прогулок не мыла её сама и не лечила, когда Малинка болела. Всё это делали слуги. Но так ведь и должно было быть! Только ей отчего то стало стыдно под прищуренным, пронзительным взглядом Биро.

— Ведите сюда, я покажу — как.

Гвардеец вывел своего красавца из реки, наказал ему стоять на берегу и сторожить его вещи. Потом помог Лире завести в воду Малинку, которой вдруг вздумалось немного заупрямиться. Но когда шелковых туфель коснулся гребешок волны, Валирейн отпустила поводья и шагнул назад.

— Что такое? Давайте, госпожа, ничего тут постыдного нет, за своим другом поухаживать. Задирайте юбки, скидывайте туфли и в воду. Она тёплая, не застудитесь.

Задрать юбки?! Говорит, как с трактирной девкой!

Лира осторожно вошла в воду, надеясь, что их сейчас никто не видит.

— Ну вот. Берете мочалу, хорошенько её в речке потормошите, лучше ежель в мочале корень будет мыльный — они тут везде растут, найти труда не будет. Кобылку погладить надо, успокоить, они не все такое любят. А потом берете и натираете ей хорошенько бока… да, вот так, ну, говорю же, ничего премудрого.

— Как ты давишь! У меня сил так не хватит!

— Так не давите, как я, давите, как можете, главное трите, трите хорошенько.

Лира старательно терла мыльный бок Малинки, пока Биро с нею ласкался, гладил по морде, шептал ласковые слова, как девицу умащивал. От него пахло потом, резким, мужским, такое она однажды почувствовала ещё девчонкой, когда с отцом и сестрой была на пиру у барона Гарцати на северо-западе королевства. Зал его дворца кипел и бурлил от народа, взрослых мужчин в шерстяных плащах. Запах этот стоял там весь вечер, и сестра почти не отрывалась от надушенного платка.

— Красивая она у вас, — Биро улыбнулся. Лира впервые увидела его улыбку — открытая, простая, немного неуклюжая, будто у гвардейца чуть косил рот, но зато настоящая. — Серебристая даже, не серая. И яблочки ровнёхонькие. Сразу видно, чистокровная, не то, что мой бродяга.

— Это подарок от какого-то лорда, он ко мне сватался, но отец отказал. А Малинка осталась.

Гвардеец кивнул.

— А лорду Холмов, значит, не отказал.

— Значит, да, — Лира подняла голову, и встретилась с тёмными глазами Биро. Они тоже улыбались.

— У вас… у тебя, видно, хорошее настроение.

— А чего бы и нет, госпожа? Погода налаживается, чую, север близко. А на родине всегда лучше дышится.

— Зачем же ты согласился на службу в столице, раз так не любишь её?

Биро хмуро посмотрел в сторону, словно бы его побеспокоило что-то в воде.

— От некоторых предложений не отказываются.

Вот дурочка… зачем спросила, ясно же как божий день, что он не любит говорить о службе в столице, дурочка, дурочка!

— Я… рада, что тебя послали сюда, сопровождать меня. Мне кажется… я думаю, ты хороший человек. Честный. А мне… очень бы хотелось кому-то доверять…