Книга Книга Паучихи, страница 113 – Рика Иволка

— Это ложь, идиот. Обман. Твой колдун ничего не получит. Когда он войдет в Юдоль, если до такого дойдет, никакая южная магия не спасет его от смерти. Там правит Богиня.

Алактир протестующе замотал головой.

— Нет-нет, Мэл, я может, и идиот, а вот Джавад – нет. Он на это не поведется…

Она резко встала с песка, отряхивая зад.

— Есть идеи получше, как мне спасти свой Дом?

Дэв смотрел на нее растерянно, открывая и закрывая рот в жалкой попытке что-то возразить или предложить. В конце концов он просто отвел взгляд и пробормотал:

— Просто знай, Джавад ничего не дает просто так. И… больше отнимает, чем дает.

Малврае вздохнула, тихо и печально.

— Как будто у меня есть что отнимать.

Вблизи она была совсем не похожа на палку. Скорее, на гигантский сталагмит, изрезанный то ли узорами, то ли рунами – словно костяные фигурки, что мастерил Сатир. Мэл замедлила шаг, вглядываясь в башню колдуна, а башня, казалось, отвечала ей взглядом темных арочных окон. С расстояния было не разглядеть – ходит за ними кто-то, наблюдает, ждет? Что ж, если у колдуна была стража, а она определенно была, то, вероятно, путников уже заметили. Они с дэвом намеренно шли в открытую, прямо по песчаному берегу, на котором одиноким маяком и стояла башня. Прямо в песке, прямо на берегу. Как это возможно? Разве что с помощью магии.

А еще здесь не было чаек. И никаких других птиц. Только ветер с моря выдувал из окон легкие пестрые занавески. Песок, влажный после вечернего прилива, хлюпал под ногами. Дэв тревожно молчал, шагая чуть впереди Малврае, и его молчание нисколько не добавляло ей спокойствия. Более того – усиливало подспудное желание попятиться. Где же его глупые шуточки, когда они так нужны?

Что бы он сказал сейчас, хм? Что-то про башню и что она похожа на… оплавленную свечу? Увядающий старческий стручок? Хрустящую собачью косточку?

Мэл поморщилась. Какие идиотские мысли. Алактир определенно дурно влияет на ее чувство юмора.

— Стража, – сказал он строго, словно скомандовал. – Впереди, у дверей.

Мэл пригляделась. Скорее даже у ворот. Арочных, тоже белых, словно высеченных из того же камня, что и сама башня. По обеим сторонам от врат стояли две фигуры в черных латах^[16], которые Малврае вначале приняла за колонны. Их разделяло еще примерно полмили, и с такого расстояния можно было разглядеть только то, что они…

— Довольно крупные, – озвучил ее мысли дэв. – Крупнее меня, если так тебе будет понятнее. Примерно… в полтора раза.

— Это?..

— Автоматоны. Да.

Немилостивая Баладай…

Остается надеяться, что эти гиганты пролезут в пещеры Юдоли. Но для начала нужно договориться с колдуном. Мэл решительно вышла вперед, и дэв вдруг поймал ее за руку.

— Нечего прятаться. Нас уже наверняка заметили.

— Я думаю, мне стоит идти впереди.

Защищает. Как мило.

— Рабы не ходят впереди господ, – сказала она тише, как будто с такого расстояния ее слова могли услышать не те уши. – Ты – раб. Раб, что сопровождает посланницу матриарха. Пусть так и остается. Для колдуна.

Алак нехотя кивнул, и они ускорили шаг, направляясь к вратам. Мэл искоса поглядывала то на стражей – не сдвинутся ли они им навстречу, то на окна – не объявится ли там хозяин этой закопанной в песок собачьей косточки.

Когда Мэл взошла на широкую каменную площадку у ворот, похожую на цирковую арену, автоматоны пришли в движение, выставляя вперед копья. Малврае остановилась. С такого расстояния она смогла разглядеть мистические огоньки глаз за забралами и магическую дымку, что клубилась в сочленениях доспехов. Алактир сказал, что рамашадцы подчинили себе джиннов. Иллиам говорила, что автоматоны – это груда шестеренок и металла, собранная в особом порядке и оживленная магией. «Дикие песчаные духи – вот что их оживляет», – поняла Мэл. Она никогда не сталкивалась с таким колдовством.