Онлайн книга «Братья»
|
Мне не становилось легче, сердце еще рвалось из груди через огромную дыру, оставленную словами директора детдома. Но слезы заканчивались, сменяясь тихими всхлипами, головной болью и рвущей на части тоской. Я прижималась щекой к плечу Матвея, представляя свою жизнь без брата, и от этих мыслей внутри все сжималось в тугой, неприятный комок. Павлик будет там, с другой семьей, и наши встречи станут зависеть от милости его новых родителей. Они не захотят сохранить прошлое своего маленького сына, подарят ему новую жизнь, а я останусь лишь тусклым воспоминанием. И мне останется только украдкой наблюдать за тем, как мой братик растет не на моих глазах. — Я обивала пороги органов опеки, умоляя отдать Пашку мне под опеку, — я начала говорить тихим, хриплым голосом. — Но слышала только одно и тоже: не соответствую требованиям к опекунам. Меня всегда удивляло это: чужие люди подходят, а родная сестра — нет. Потом пошла по юристам, но почти все лишь вздыхали, говоря, что с опекой трудно бодаться. И только один адвокат согласился помочь… Я перевела тяжелое дыхание, но собственные слова сжимали горло, выдавливали слезы. Они текли крупными каплями по щекам, щекотали подбородок и падали вниз, впитываясь в ткань моей кофты. — Директор детдома считает, что в приемной семье Павлику будет лучше, чем со мной. Может, так оно и есть, но я не могу отдать его, не могу отпустить. Что я скажу ему? Что не справилась? Обещала забрать и не смогла? И снова тяжелый, дрожащий вздох вырвался из легких, сопровождаемый медленным выдохом. Легче не становилось, но ритмичный стук сердца под ладонью заполнял пустоту внутри меня. Я цеплялась за Матвея, как за якорь, не дающий мне утонуть. Одну руку держала на его груди, второй обхватывала его спину. Тепло его тела и ровное, почти бесшумное дыхание успокаивали, дарили ту поддержку, за которой я пришла. — Насть, разрешишь помочь тебе? — тихо сказал Матвей, и я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ничего обещать не буду, но у отца связи, и есть шанс. — Правда? — прошептала я, готовая на любой, даже самый отчаянный шаг. — Да, — кивнула Матвей и стер слезы с моего лица. — Крохотный, но шанс. Я верила ему, верила глазам, в которых плескалась печаль и нежность. Меня устраивал даже крохотный шанс, даже тень надежды, но, чтобы она была. — Спасибо, — сказала я и провела кончиками пальцев по его мягкой щеке. Матвей на мгновение прикрыл глаза от моих прикосновений, а его руки еще крепче сомкнулись вокруг моей спины. Внутри смешались все чувства, что я испытывала к нему: нежность, благодарность, любовь. И эта смесь крикнула в тот момент, когда я почти развалилась на кусочки. Но я знала — он не оставит болеть меня одну, не позволит упасть в паутину отчаяния и будет крепко держать за руку. Я медленно, но решительно приблизила свое лицо к его лицу, и сердце застучало еще быстрее. Мягкая, теплая волна накрыла меня, защищая от той боли, что я испытывала. Прикрыв глаза, я прикоснулась к его губам и утонула в нежном, тягучем поцелуе. Матвей крепче прижал меня к себе, без слов говоря, что он здесь. Он со мной. И он разделяет мою боль, забирает ее, чтобы отдать уверенность и тихую надежду. Матвей Мы еще долго просидели с Настей на полу, в тишине и собственных мыслях. Я бережно обнимал ее, она лежала у меня на плече и болела. А я думал только о том, что сделаю все, лишь бы помочь ей. Даже если для этого мне придется просить отца, которого я ненавижу. Я был готов переломить гордость и самого себя, заключить любую сделку, чтобы залечить душевные раны этой сильной, но в миг сломавшейся девушки. |