Книга Я — эмпат, страница 69 – Алёна Шахнина

У меня не получилось избавиться от Морозова, который настойчиво последовал за мной в дом. В прихожей я кинула взгляд на зеркало. Да уж, от утренней красоты не осталось и следа. Тушь осыпалась под глаза, волосы торчали в разные стороны. Быстро сделав хвостик, я подошла к раковине и умылась, смывая косметику. Потом прошла в спальню, сняла хоть и красивое, но неудобное платье, и накинула длинную рубашку. Подумав, что выгляжу вполне сносно, я вернулась на кухню и закинула капсулу в кофемашину. Потом обернулась и заметила, что он быстро, но без какой-либо неловкости, поднимает взгляд от моих ног. Нахмурившись, я поставила стаканы и снова повернулась к нему. Он уже смотрел в стену, словно минуту назад не разглядывал меня.

— Как ты понял, что нужно делать? — спросила я, облокачиваясь на стол и подтягивая рубашку вниз.

— Интуиция, — он пожал плечами. — Если много эмоциональных людей — плохо, то один без эмоций — хорошо.

— Ты действуешь так, словно тебя не удивляет вся эта ситуация.

— Ооо, — хмыкнул он, — я за время службы столько навидался, что меня уже трудно удивить.

— И все же, — не унималась я. — Сработано профессионально. Вывез на пустырь, заставил почувствовать себя.

Он вздохнул.

— Ладно, я читал об этом. Когда ты рассказала. Полазил по форумам, по всяким там сайтам.

Я отвернулась к кофемашине и улыбнулась. А в этом сухаре все же было что-то человеческое.

— Что дальше? — спросил он.

— Теперь точно известно, что Ирина не убийца. Конечно, есть вероятность, что это ее руки убили, но ее заставили это сделать. Осталось узнать, кто.

— И как мы это узнаем?

— Ты можешь спросить у того водителя, был у него голос в голове? — я поставила кружки с кофе. — И что говорила ему фигура.

— Да, могу, — ответил он, выхватывая из кармана звонящий телефон. — Морозов. — он помолчал. — Где? — снова замолчал. — Еду.

Он поднялся со стула и кинул на меня взгляд.

— Кажется, Дмитрова нашли. Я поехал.

Внутри похолодело, но я не смогла ничего сказать, только смотрела, как он быстро уходит. И мысленно надеясь, что Паша сможет уйти.

Я поднялась и подошла к раковине, чтобы помыть посуду. В голове крутились мысли о том, что если Пашу заберут, то на него свалят вину за три убийства, но настоящий преступник так и будет продолжать свои бесчинства. Но я не имела понятия, как это остановить, если я себя не могу остановить. Если я так легко поглощаю чужие эмоции, а потом сильно болею. Мне бы научиться жить с этим даром, прежде чем лезть в расследования. Но время уходило, невинные люди, да и я сама, оставались под ударом.

Я взяла в руки тарелку и сунула под теплую воду. И тут меня схватили сзади, зажав рот рукой. Руки сами разжались, роняя тарелку, которая полетела в каменную мойку и разлетелась на мелкие осколки.

— Не кричи, — сказал Павел мне на ухо. — Это я.

Я испуганно кивнула, и он отпустил меня. Я повернулась к нему, не понимая, радоваться мне или бояться.

— Паша? — тихо сказала я.

— Слушай, у меня мало времени, — быстро заговорил он, озираясь по сторонам. — Менты копают под меня, хотят убийства на меня повесить. Но это не я! Это тихие меня подставили!

Я снова кивнула.

— Мне нужна твоя помощь!

— Сначала скажи, зачем ты мне врал, — я протянула руку к крану, чтобы выключить воду. — Мне сказали, твои родители погибли.