Книга Сестрёнка, страница 98 – Алёна Шахнина

— Да зачем мне это? — Димка всплеснул руками. — Кирилл запретил это рассказывать тебе, но сейчас ситуация вынуждает просто. Ань, там опасные люди, и если ты можешь что-то сделать, то останови это. Или узнай, потом скажи мне, и мы с пацанами попробуем защитить его. Не знаю, дома с ним будем тусить. Что угодно, ты только скажи.

Я вцепилась в Димку, прижимаясь к его холодной кожаной куртке щекой. Хорошо, когда есть такие друзья, кто не бросит в беде, не отступит, даже если самому страшно и больно.

— Спасибо, что позвонил и рассказал, — прошептала я.

Димка по-братски сжал руки вокруг моей спины и поцеловал в макушку. Только после этого я отпустила его. Нужно было узнать правду, заставить Кирилла рассказать все и попытаться помочь ему. И узнать, почему он просил Макса встречаться со мной.

— Пошли, — сказала я Еве и схватила ее за руку. — Сейчас он нам все расскажет.

Мы оставили Димку и побежали ко мне. Молча, потому что страх сковал горло, но уже не за себя, а за человека, который, хоть и поступал, как мудак, но все еще был мне братом. Слишком много новостей навалилось на меня, но думать об этом было некогда. Я знала лишь одно — Кирилл пытался защитить, делал это, как мог, но все это время я зря ненавидела его.

С бешено бьющимся сердцем мы поднялись на мой этаж и позвонили в квартиру. Ждали минуту, позвонили еще и еще. Неприятное предчувствие поднималось внутри, но я заглушала его. Он откроет, он должен открыть, ничего с ним не случилось! Мы не должны опоздать, иначе я никогда себе не прощу этого.

Наконец, щелкнул замок, и Кирилл открыл дверь. Его удивленный взгляд метался между нами, а мы с Евой рассматривали его рассечению бровь и губу, огромный синяк на скуле и ребрах. Подруга ахнула и чуть не свалилась в обморок от впечатлений. Я подхватила ее за руку и затащила в квартиру, заставив взять себя в руки. Не время раскисать, не сейчас. Живой, а остальное уже неважно.

— Рассказывай все. С кем ты связался, почему и на что тебе дали три дня, — сказала я и усадила Еву на стул. — И не врать!

Кирилл натянул майку, чтобы не пугать Еву и зашипел от боли. Сел напротив нас с растерянным видом и положил руки на стол. Медленно, с паузами, он рассказал про Марка, про работу с ним и последнее задание, которое Кирилл отказался выполнять. Про то, что пошел на это из-за нехватки денег, что родители не прислали деньги, что Марк пытался купить встречу со мной. Сказал, что хотел отказаться от работы, но это возможно только после свидания. Выложил, как духу все, что скрывал от нас, и было видно, как ему становится легче.

— Когда ты начала общаться с Марком, мы испугались, что он навредит тебе. Я знал, что Макс нравится тебе и попросил его утянуть внимание на себя, — тихо сказал Кирилл. — Предлагал даже деньги за это. Но он отказался. Позже он согласился, но не за деньги и не потому что я просил, а потому что сам хотел этого. Тянул время, боялся торопиться, чтобы не обидеть тебя.

Я с трудом сдержала рвущиеся наружу слезы и тяжело сглотнула горький ком в горле.

Мой взгляд уперся в окно, но я не видела ни домов, ни деревьев. Мысли перебивали все чувства, даже обиду, что гложила меня эти дни. Смешалось все: признание Димки об Андрее, работа Кирилла и его травмы, Макс… Неужели он правда был честен со мной, а я все испортила? Я помнила тот день в мелочах, как Кирилл и Макс что-то говорили мне, но в ушах стояла только одна фраза, и не слышала ничего другого. Неужели я чуть не сломала жизнь брату и Еве, только из-за своей дурацкой привычки додумывать чужие мысли. Ведь совсем не сложно поговорить, задать вопросы, выслушать. Не убегать, не строить стену, а послушать. Целую неделю мы с Евой жили в аду только потому что я услышала фразу, но не суть разговора.