Книга Сестрёнка, страница 66 – Алёна Шахнина

Встречал ли я когда-нибудь девушек лучше нее? Определенно нет. Ева не оставляет шансов сохранять равнодушие, потому что она тот человек, что не только берет в отношениях, но и дает не меньше.

Тихие, аккуратные шаги по коридору заставили меня открыть глаза и всмотреться в темноту. Больная Анька наступит на меня, еще и попрыгает на животе, если узнает, что я здесь. Но в кухню зашла Ева в моей футболке, прикрывающей ноги до середины бедра. Увидела, что я не сплю, и села на стул рядом с моим матрасом.

— Я вот что подумала, — сказала Ева, закидывая ногу на ногу. — А с чего вы взяли, что этот Марк такой плохой? Достал он ее номер, выследил — это, конечно, мрачно, но вдруг он обычный сталкер?

— К чему ты это?

— Пусть Аня с ним встретится там, где есть люди, побеседует. Одной встречи будет достаточно, чтобы она отшила его. Он не нравится Ане, и от так называемого свидания вряд ли что-то изменится.

— Марк тот человек, который получает все. И прогулкой это не ограничится. Вряд ли обычный сталкер ходит в компании громилы со сломанным носом.

— Тогда я не знаю, что делать, — сказала Ева, уперлась локтем в колено и положила подбородок на ладонь.

Ее взгляд сначала стойко держался на моем лице, а потом скользнул вниз, на голую грудь и живот. Специально или непроизвольно, но она рассматривала меня, и все мурашки мира скопились на моей коже.

— Я ее понимаю, — сказала Ева, возвращая взгляд к моему лицу. — Ей страшно быть отвергнутой тем, кто нравится. На лбу же у людей не пишут, что они мудаки и хватит их максимум на пару недель. Вот и пытается сбежать туда, где, как она считает, безопасно. Нет чувств — нет опасности. Я ведь тоже испугалась и сбежала, Кирилл. Потом поняла, что бегство — это не выход, но уже поздно было.

Я сел на матрасе, оказавшись совсем рядом с ногами Евы. Провел ладонью по нежной, мягкой коже, пахнущей гелем для душа.

— Не вини себя. Это я не показал, насколько серьезно относился к тебе. С детства был приучен доказывать, что я хороший, и устал от этого. Но бегство и правда не выход. Если есть возможность поговорить, то почему бы и нет? Так поступают взрослые люди. Ведь убегая, мы лишаемся шанса попробовать стать счастливее.

— Кирилл…

Я с трудом оторвал взгляд от красивых ног и поднял голову.

— Ты прав, — сказала Ева. — В каждом слове.

Она облизнула губы, приблизила лицо ко мне и поцеловала, обхватывая руками мою голову. У меня тут же снесло крышу от ощущений, от пульсации во всем теле, от мягких, настырных губ. Я притянулся к Еве, обхватил ее за талию и утащил за собой, повалившись спиной на матрас. Она целовала меня жадно, обжигая горячим дыханием. Ее нежные ладони держали мое лицо, прижимая к себе.

Я провел рукой по ее спине, пояснице и ягодице, чувствуя под пальцами кружева на белье. Второй рукой нырнул под футболку, провел по животу, дошел до груди и мягко сжал ее. Ева застонала мне в губы, и я готов был взорваться только от одного этого звука.

Но нам мешала жесткая ткань одежды, и я стащил с Евы футболку, чтобы чувствовать ее всю. Она прижалась ко мне голой грудью и впилась губами в шею, слегка покусывая кожу. Я гладил ее тело, продлевая прелюдию, но сдерживать себя с каждым поцелуем в шею становилось все сложнее и сложнее.

— Пойдем в комнату, — прошептала Ева мне на ухо, и этот шепот сделал еще хуже.