Книга Сестрёнка, страница 69 – Алёна Шахнина

— Егоза! — воскликнул Димка. — Я слышал, ты заболела.

— А ты лечить меня пришел?

Я улыбнулась и обняла Димку за шею, он абсолютно по-братски похлопал меня по спине и задержал ладонь на пару секунд. Вот бы к нему испытывать ту бурю, что испытываю к Максу. Димка он свой, уютный и домашний, как кот. Такой точно никогда не обидит и не изменит, а свою девушку будет носить весь день на руках. Повезет же кому-то стать его женой.

Димка подхватил меня за плечи своей татуированной рукой и привел на кухню. Судя по большому пакету, поставленному на стол, будет пир по какому-то случаю, и я включила хозяйку. Поставила стаканы, бросила салфетки и посмотрела, как парни и Ева садятся за стол. Славик уже что-то активно рассказывал Кириллу, а тот слушал, прижимая подругу к себе. Идиллия, ничего не скажешь.

Оставаться с ними я не хотела, как и всегда. И пока Славик с Димкой разбирали пакет, я попыталась удалиться к себе. Но уже на пороге кухни была остановлена Максом, сидящим с самого края возле стенки. Он взял меня за пальцы легко и непринужденно, но пробивший тело ток заставил остановиться и посмотреть на Макса.

— Останься, — тихо сказал он.

Я заглянула в его серые глаза, которые давно мечтаю выковырять вилкой, потом перевела взгляд на Еву. Она улыбалась и кивала мне, явно желая остаться, а не бежать за психованной подругой, лишь бы она не обиделась. Я бы не обиделась, конечно. И пока я раздумывала, рука Макса уже уверенно схватилась за мои пальцы.

— Ладно, — сказала я.

Макс отпустил меня и пересел на пустой стул рядом с собой, освобождая мне место. Кирилл и Ева с любопытством наблюдали за мной, будто я не на стул садилась, а замуж выходила.

— В прихожей в пакете Наполеон, — сказал Макс. — Мама отдала половину торта, и сказала, чтобы я либо отнес тебе, либо съел сам.

— И съел бы сам, — удивилась я.

— Смеешься? Я и так в спортзале на полчаса дольше тренируюсь, чтобы мамины торты сгонять.

Я не сдержала улыбку и повернулась к нему.

— Хочешь, чтобы я в свои платья не влезла?

— У тебя очень милые пижамы, — ответил Макс.

— Врешь ведь, но лесть засчитана.

— Можешь поделиться с Евой, с парнями, — улыбнулся Макс.

— Еще чего, — фыркнула я. — Их слишком много.

Я посмотрела на болтающих парней и Еву, увлеченных беседой и снова повернулась к Максу. Приблизилась к нему и прошептала на ухо:

— А пошли вдвоем его съедим втихаря?

— Такого мне еще девчонки не предлагали, — хмыкнул Макс. — Бери ложки. Уходим незаметно.

Я поднялась со стула, стараясь делать все незаметно и быстро. Взяла ложки из ящика кухонного гарнитура и вышла в прихожую, где Макс уже шуршал пакетом. Я приложила палец к губам и кивнула в сторону своей комнаты.

Мы сидели на моей кровати в темноте и ели торт ложками, отламывая по кусочку с разных сторон. Макс не соврал о количестве, но я не могла остановиться, настолько это вкусно и нежно. Запивали торт водой из бутылки прямо с горла.

— У меня с Наполеоном особые отношения, — сказала я. — Мы с Кириллом маленькие были, и родители иногда нас возили в город погулять. В центре работало кафе «Сказка», и мы всегда ходили туда. Мне покупали Наполеон, а Кириллу мороженое. Пирожное было сухим и плоским, как фанера, но стало символом того, что в нашей семье не все потеряно и мы можем вместе проводить время.