Книга На волнах оригами, страница 278 – Анна Джейн

Бейдж подействовал на Нину. Она повертела его в руках, удостоверилась каким-то образом, что он – настоящий и, выругавшись, пошла к бару. Я думала – за алкоголем, чтобы успокоить нервы, но Нинка выпила ледяной воды – целый стакан, залпом – и вытащила из морозилки лед, который зажала в ладонях – чтобы успокоиться.

К тому же она обиделась на меня, зато вместо разъяренного дракона стала Снежной королевой.

— Я опять не вовремя? – шепнул Кирилл. Ситуация его забавляла.

— Есть такое, – кивнула я.

— Кажется, я приношу тебе неприятности, Катя. Прости, – покаялся он вновь, но, не сдержав улыбки, прыснул в кулак. Я покачала головой. Вот чудак. Но даже злиться на него не в силах – он ведь ворвался в номер из добрых побуждений, решил, что мне угрожает опасность.

Спустя несколько минут мы втроем сидели за столиком в гостиной. Я и Кезон – в креслах, а Нинка в халате, с мокрыми волосами единолично развалилась на диване.

— Говорите, – сухо разрешила она. – Даю три минуты и вызываю ментов.

— Это Кирилл. Наш сосед, – начала я спешно. – Мы с ним гуляли вчера. И я случайно выяснила, что он…

— Трансвестит? – перебила меня подруга.

— Музыкант. Один из «Красных Лордов». В женщину он переодевался только потому, что боялся – вдруг фанаты его узнают. Ты же видела, сколько их вчера было у отеля.

— Мне нравится быть мужчиной, – встрял Кирилл. – Но фаны бывают просто бешеные. А Катя мне очень помогла.

— Что он делает тут, а не в президентских апартаментах? – не обращала на него внимания Ниночка.

— Мне нравится жить одному, – пожал плечами Кезон.

— Ему нравится жить одному, – повторила я.

— На сцене ты другой, – все же удостоила его взглядом Нинка.

— Естественно. Я с тоннами грима, – с готовностью подтвердил Кирилл. – Сценические образы – это не шутка.

— Я, конечно, знаю, что фаны нападают на своих кумиров, и кое-кому даже удается их убить, но мне и в страшном сне не могло присниться, что меня попытаются задушить. Причем такая милая особа.

— Ты, обивка для мебели, – хмыкнула Нинка, – я – не твоя фанатка. Запомни своим орехом.

— Вот это девушка, – присвистнул восхищенно Кезон. – Если бы у меня не было девушки.

— У тебя есть девушка? – заинтересовалась Нинка. Про личную жизнь «Лордов» известно было крайне мало.

— Ее зовут Геката, – ляпнула я.

— Чего-о-о? – протянула Журавль, которая явно что-то заподозрила. – Гектор, что ли, твоя девушка?

Кирилл с невинным видом пожал плечами, мол, я тут ни при чем. Нинка скривилась.

А я, глядя на них, вдруг засмеялась. Засмеялась громко, весело, давая волю эмоциям и чувствам, неистерично, но от всей души.

Не знаю, что произошло, но эти двое засмеялись тоже. Видимо, оба поняли глупость ситуации. Кезон даже в ладони захлопал, а Нинка хохотала, как Дед Мороз, только что себя по бокам от переизбытка чувств не била.

Смех давал эмоциональную разрядку.

Первой ржать прекратила Журавль. Она резко замолчала и сухо потребовала, чтобы ей рассказали еще раз все подробно. Говорить пришлось мне. Кирилл изредка что-то добавлял веселым тоном и изредка посматривал на наручные часы – неброские, но, как мне почему-то показалось, очень дорогие.

— Вот оно что, – сказала Снежная королева, выслушав нас. – Опять подцепила музыканта и опять мне ничего не сказала.

— Я собиралась, – возмутилась я.