Книга На волнах оригами, страница 275 – Анна Джейн

— Как школьник себя ведешь ты, – устало констатировал Кей. – Хочешь отомстить? Вперед, я твой. Не трогай мою девушку.

— Я и не трогаю. Сказал же, что Катя вышла, что за выражения, приятель? – притворно вздохнул Кирилл. – А вот и она. Кажется, тебя ищет твой парень. Антон, – сказал он в сторону и вновь обратился к Тропинину: – Она вернулась. И…

И дальше телефон выхватила Катя. И Антон боялся обидеть ее или напугать своими эмоциями, и ему оставалось лишь крепко сжимать кулак – до боли, так, что костяшки побелели. Зато ее голос успокаивал, и кровь в висках стучала уже не так яростно.

Как музыкант Кезон был отличным, как человек – полное дерьмо.

И Антон не верил, что тот случайно позвал Катю в ресторан.

А еще – боялся.

Боялся оказаться хуже него в ее глазах.

* * *

Стоило мне положить телефон на стол, как в кабинет вернулся Кирилл. Следом за ним прошествовал официант с заказом.

— Все в порядке? – спросил темноволосый, усаживаясь вновь напротив.

— Почти, – ответила я, стуча пальцами по деревянному столу. Мы мирно распрощались с Антоном, но у меня вдруг возникло мерзкое чувство, что мы поссорились. – Не стоит брать чужие телефоны без разрешения.

— Извини, – закусив губу, сказал Кирилл. – Кажется, я постоянно ставлю тебя в неловкое положение.

Я только кивнула в ответ. Да, я была зла на него, но показывать этого не хотелось. Да и сама виновата – нечего было оставлять мобильник.

Наверное, лучше уйти.

А как же халявная еда?!

— Не уходи, – вдруг сказал Кирилл, словно прочтя мои мысли. – Ненавижу есть в одиночестве, – признался он вдруг. – Составь компанию. Я, не подумав, ответил.

И я осталась.

Мы приступили к обеду, и блюда были великолепными, вот только есть мне совсем не хотелось, и все мысли были об Антоне.

— Давно вместе? – поинтересовался Кирилл, нарушив тишину. – Ревнивый малый, да?

— Не очень давно, но теперь мне кажется, что я знаю его всю жизнь, – призналась я.

— Поссорились из-за меня? – прямо спросил музыкант.

— Нет, – ровным тоном отвечала я. И до конца трапезы мы почти не разговаривали.

После мы направились к отелю, около которого, и правда, не было поклонников «Лордов», и благополучно оказались внутри. В это же время Антон писал, что погорячился и извинялся, а я отвечала, что все хорошо, и тоже извинялась в ответ. Я рада была знать, что так болезненно дорога ему, однако мне совсем не хотелось, чтобы Антон мучился из-за меня.

Любовь учит прощению. И, кажется, я была на пути к нему.

«Что бы ни случилось – я люблю тебя», – печатала я Антону уже в лифте, поддавшись романтическому порыву. Отвлек меня заинтересованный взгляд Кезона, который был направлен то ли на меня, то ли в мой телефон.

— Вот я вроде бы известный музыкант, у меня фан-клуб, шикарные тачки и вилла, но, кажется, не помогает, – смеясь, сказал он.

— Что не помогает? – не поняла я.

— Завоевать твое внимание, – шутливо поклонившись, пропустил меня вперед Кирилл, и я первой вышла из зеркального лифта.

— Ты так любишь внимание? – посмотрела я на парня.

С одной стороны, он очень мне импонировал. А с другой, мне до сих пор было неприятно, что он ответил на звонок. Какой-то он странный. И слов его о «На краю» я не могу забыть до сих пор.

— Я эгоист, – честно признался Кирилл. – К тому же, когда люди узнают, кто я, начинают вести себя… Иначе.