Книга Пышка и демон. Семь желаний, страница 27 – Рэй Харт

— Вика, ты чего? — выпалил он, подходя ближе. — Опять забыла выпить свои таблетки?

Ева тяжело дышала, прижимая руки к груди — к той плоской, чужой груди, которая теперь принадлежала ей.

— Я не Вика, — выдохнула она. — Я Ева.

Костя уставился на неё с беспокойством.

Ева смотрела на него, не веря своим глазам.

Он смотрел прямо на её.

И не видел абсолютно.

— Вик, у тебя опять паническая атака? Сейчас принесу таблетки. Ты вчера перебрала с виски, я же говорил, не пей много.

Костя говорил это спокойно, даже привычно. Как человек, который уже проходил это много раз. Вышел, и Ева слышала, как он ходит босыми ногами по квартире, кажется роется в сумочке. Через минуту Костя вернулся с высоким стаканом воды и горсткой разноцветных пилюль.

— Пей, — приказал хозяин квартиры и протянул таблетки.

Ева взглянула на капсулы и понимала, что выбора у неё нет. Она слишком напугана и дезориентирована, чтобы спорить. Взяла таблетки, запила водой, чувствуя, как каждая капля проваливается в тонкое горло.

Через некоторое время она действительно почувствовала себя легче. Мысли перестали метаться, тревога отступила, на смену пришла странная, почти лёгкая эйфория. Ева сидела на краю ванны и пыталась переварить происходящее.

— Я тебе говорил, не налегай на спиртное, — буркнул Костя, появляясь в дверях. — Ты глушила виски как в последний раз. Я еле тебя уложил.

Ева промолчала. Видимо, тело Вики по-своему реагировало на алкоголь.

Костя уже был одет — белая рубашка, чёрные брюки, ни галстука, ни пиджака. Он бросил взгляд на часы, звякнул ключами от автомобиля и направился к выходу.

— Я на работу, — бросил он, не оборачиваясь. — Когда поедешь к себе, вызови такси, за руль не садись. Твой отец звонил вчера раз двадцать, ты ему перезвони, а то он мне голову оторвёт.

Ева вышла из ванной, всё ещё чувствуя лёгкость в теле.

— Костя, — окликнула она. — Мы не живём вместе?

Главный ведущий остановился у двери, обернулся и посмотрел на неё так, будто она спросила что-то совсем уж безумное.

— Нет, Вика, мы договорились держать дистанцию. Не переходить границы. — Его голос был ровным, почти холодным. — Твой отец и так на меня косо смотрит. Если узнает, что ты переночевала у меня — будет скандал. Ещё раз прости, что я вчера не отвёз тебя домой, ты была в отвратительном состоянии.

Ева хотела подойти к нему, обнять, поцеловать его в губы — как она всегда мечтала. Но Костя мягко отстранил, выставив руку вперёд.

— Я опаздываю. — Он окинул взглядом гостиную, где царил полный бардак: гора немытой посуды на столе, пустые бутылки, салфетки, разбросанные вещи. — Клининг приедет через три часа, всё уберут. Тебе лучше с ними встречаться.

И вышел.

Ева стояла посреди дорогой, заваленной мусором гостиной и чувствовала себя прислугой, которую только что уволили. Ни объятий, ни нежных слов. Только сухая вежливость и отстранённая забота о границах.

«Не такие я себе отношения представляла, — горько подумала она. — Он даже не прикоснулся ко мне. Ни разу».

Ева с любопытством оглядела квартиру. Роскошная, но очень холодная. Идеальный минимализм — и ни одной личной вещи, ни одной фотографии, ни одной книги с загнутыми страницами. Всё казалось декорацией, а не домом. Она прошла в гардеробную Кости, принюхалась к его рубашкам. Пахло парфюмом, дорогим и безликим. Никакого живого запаха тела. Только химия.