Книга Расколотое море, страница 16 – Кэтрин Коулc

— Лейкен.

Ее улыбка выглядела натянутой. Фальшивой.

— Как ты?

Вопрос вырвался хриплым карканьем.

— Хорошо. Много работы. В конторе сейчас сумасшедший дом.

— Мило с твоей стороны, что ты пришла.

Десять лет. Целая жизнь и одновременно один короткий миг. Когда-то она и Мариса были моими лучшими подругами. Теперь в лучшем случае мы стали знакомыми. Возможно, Лисбет еще считала меня знакомой. А Мариса? Она наверняка воспринимала меня куда хуже.

— Так было правильно. Ради Кей и Чипа, — произнесла Лисбет, и ее голос дрогнул.

Я сглотнула, словно это могло избавить меня от комка в горле.

— Ты разговаривала с Марисой?

— Только один раз после похорон Скотта.

Я переступила с ноги на ногу, пытаясь ослабить нарастающее напряжение в пояснице. Будто крошечные ледяные иглы впивались в позвоночник. Я заставила себя сосредоточиться на Лисбет.

— Как она?

— А ты как думаешь? Она разбита.

Меня кольнуло чувство вины. Последние слова, которые Мариса швырнула мне в лицо, были жестокими. Но мне следовало настойчивее попытаться преодолеть пропасть между нами. Мы все страдали и справлялись как умели после пережитого.

— Я ей позвоню.

— Не уверена, что это хорошая идея.

Телефон Лисбет завибрировал, и она достала его из сумочки.

— Мне пора. Еще увидимся, Лейкен.

Она ушла, не сказав больше ни слова. Женщина, которая когда-то была одной из моих самых близких подруг. Возможно, теперь мы даже не знакомые. Возможно, мы и правда стали чужими.

Стены словно начали сдвигаться, а по телу разлился жар. Я пробиралась сквозь толпу. Людей было не так уж много. Каждое лицо я в той или иной степени знала. И все же в зале стало нечем дышать.

Я подошла к бару.

— Воду со льдом, пожалуйста.

Бармен подмигнул мне.

— Уверены, что не хотите чего-нибудь покрепче?

— Только воду.

Его улыбка слегка померкла, но он наполнил стакан льдом и водой.

— Держите.

— Спасибо.

Я быстро оглядела зал и направилась в почти пустой угол. Спина пульсировала от боли, когда я осторожно опустилась на стул. За сегодня я слишком долго провела на ногах. Сделав глоток, я растерла напряженные мышцы.

Я на мгновение закрыла глаза, позволяя холодной воде успокоить горло. Представила, как она спускается ниже, к самому центру мучительной боли, сжимавшей позвоночник. Три операции, а врачи так и не нашли способа ее облегчить. После последней стало только хуже. Тогда я поклялась больше никому не позволять разрезать меня.

— Лейкен.

Услышав низкий голос, я распахнула глаза. Он полоснул по мне ножом. Так похож на голос того, кого я потеряла, но в нем звучала жесткость, которой у Джейса никогда не было.

— Джекс. Что ты здесь делаешь?

После смерти брата Джекс заметно взялся за ум. Но открытие библиотеки было не в его вкусе, даже если она носила имя Джейса.

Он кивнул в сторону матери.

— Я пообещал маме прийти.

Я кивнула и снова отпила воды.

— Ты придешь в субботу?

— Конечно.

В спине запульсировала боль, словно усилившись от одной мысли о встрече в честь дня рождения Джейса.

Джекс стиснул челюсти.

— Не уверен, что здесь подходит слово «конечно». В последнее время тебя почти не видно.

Я подняла на него взгляд. В его глазах жила боль, но Джекс превратил ее в гнев. Я понимала. Иногда со злостью жить проще, чем с горем.

— Я прихожу, когда ты на работе.