Книга Расколотое море, страница 129 – Кэтрин Коулc

— Твои родители здесь.

— Черт. — Я совсем забыл об Илае и о том, что они собирались приехать. — Где они?

— Твой отец только что отвез маму в отель отдохнуть. — Она принялась теребить нитку на одеяле. — Они так сильно тебя любят. И очень переживали. Мне нужно написать твоему отцу.

Я сжал ее руку.

— Пусть отдохнут. Когда они вернутся, их будут ждать хорошие новости.

— Они будут так счастливы.

— Они виделись с Илаем?

— Твой отец встречался с Хейзом и один раз видел Илая. Но адвоката ему нанимать не стал. Илая уже везут обратно в тюрьму округа Лос-Анджелес.

Горло обожгло. Я не хотел такой участи ни для Илая, ни для родителей. Но ему пора было столкнуться с последствиями своих поступков. И, похоже, родители наконец решили ему это позволить.

Я снова коснулся губами виска Лейкен, наслаждаясь шелковистым прикосновением ее кожи.

— Это хорошо.

— Не могу поверить, что он пытался тебя похитить.

— Он окончательно утратил способность мыслить здраво. Остается надеяться, что ниже падать уже некуда и это заставит его взяться за ум.

Лейкен придвинулась еще ближе.

— Я тоже надеюсь. Ради вас всех.

Я позволил себе согреться ее теплом. Ничто не исцелит меня быстрее, чем осознание, что Лейкен рядом.

— Я люблю тебя.

Она подняла на меня глаза.

— И я тебя люблю.

Я смотрел, как в золотистом янтаре ее глаз вспыхивают и пляшут искры.

— Это любовь навсегда, Лейкен.

Она напряглась.

— Не надо. Пожалуйста, не обещай мне вечность. Однажды у меня ее уже отняли. И я едва не потеряла тебя.

Сердце болело за все, через что ей пришлось пройти. А еще я был в ярости на Джилли за то, что она заставила Лейкен страдать снова. Я проглотил все это и легко коснулся ее губ.

— Тогда я пообещаю тебе сегодняшний день. Завтра повторю свое обещание. И буду делать это каждый день, пока мы не состаримся и не поседеем.

Глаза Лейкен заблестели от невыплаканных слез.

— Мне нравится этот план.

1 НЕДЕЛЯ СПУСТЯ

— Хочешь свежие журналы или еще что-нибудь перекусить? — спросила я, поправляя одеяло Боудена.

— Хватит тянуть время.

Я скорчила ему рожицу.

— Я не тяну. Просто хочу убедиться, что у тебя есть все необходимое, прежде чем уйду.

Боуден схватил меня за руку и потянул к себе. Я наклонилась над ним, и он коснулся губами моих губ.

— Со мной все хорошо. Мама с папой с минуты на минуту вернутся с обедом.

— Но мне стоит дождаться их. Вдруг тебе что-нибудь понадобится.

Он поднял пульт, прикрепленный к кровати.

— У меня есть эта чудесная кнопка вызова. Медсестра поможет со всем, что мне потребуется.

— Не сомневаюсь, — пробормотала я. За последние несколько дней несколько медсестер проявляли особое рвение.

Боуден рассмеялся, и на этот раз боль не исказила его лицо.

— Не ревнуй.

Я сердито посмотрела на него.

— А ты не будь таким самодовольным.

— Не буду, если перестанешь тянуть время.

Я подавила рвущийся наружу рык.

— Ладно. Я ухожу. Тебе что-нибудь привезти?

— От молочного коктейля не откажусь.

— Клубничного или шоколадного?

Он чередовал их, а я с радостью снабжала его сахаром.

— Клубничного.

Я наклонилась и поцеловала его еще раз.

— Люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Когда я вышла из палаты и пошла по коридору, сердце болезненно сжалось. Оставлять Боудена одного легче не становилось. За сорок восемь часов, пока он был без сознания, слишком часто казалось, что мы его теряем. Я понимала, что в ближайшее время мне будет трудно выпускать его из виду. Но все же заставила себя идти дальше.