Книга Разбитое небо, страница 53 – Кэтрин Коулc

Кай не пошел за мной в спальню, но я не удивился. Наверняка рядом с Шайло он был на седьмом небе. И, если честно, мне даже стало спокойнее оттого, что он остался с ней.

Но, закрыв дверь гостевой комнаты, я ощутил чертово одиночество. И сам его выбрал. Я отвернулся от того, чего хотел. От того, чего желал сильнее всего с тех пор, как двадцать лет назад молился о свободе.

Свободу я получил. Но за нее пришлось заплатить.

Об этом нельзя было забывать.

Цена есть всегда.

Я достал ноутбук из дорожной сумки и сел на кровать. Когда я откинулся на подушки, узел на затылке неприятно потянул волосы. Я развязал их и почувствовал, как напряжение кожи головы сразу ослабло.

Открыв ноутбук, я нажал клавишу, выводя его из спящего режима. Затем открыл браузер и принялся за работу. За ужином Шайло была спокойна. Ни разу не упомянула письмо.

Но я не забыл.

И не мог забыть.

Кто-то наблюдал за ней. Кто-то знал, что она здесь. Для моего спокойствия это было слишком близко.

Я открыл заметки и начал составлять список всех, кто был связан с Ховардом Кемпером. Меня чертовски удивило, что его дочь Эверли теперь была помолвлена с Хейзом. Хотя я читал статью, где говорилось, что именно Эверли спасла Шайло много лет назад.

Я нашел несколько статей о брате Эверли, Иэне. Судя по всему, он все еще сидел в тюрьме. Тогда я переключился на другие связи. Мужчин, работавших на Ховарда. Тех, кто был связан с его оторванным от общества мирком. Его сокамерников.

Мои пальцы замерли над клавиатурой, когда я начал просматривать сайт. Там можно было узнать, кто из сокамерников Ховарда еще сидит, а кто уже вышел.

За все годы у него их было только трое.

Двое продержались с ним меньше года.

А третий?

Очевидно, они достаточно хорошо поладили, раз оставались вместе до самого конца.

Август Эрнст.

Его приговорили к двадцати годам за преследование и нападение при отягчающих обстоятельствах. Но он вышел досрочно — всего за две недели до смерти Ховарда Кемпера.

Теперь он был на свободе.

Возможно, ему захотелось продолжить дело сокамерника и терроризировать женщину, которой тот был одержим.

Шайло

Я оперлась на ограду круглого загона, а Оникс настороженно смотрела на меня. Утром занятие с Рэмси прошло не слишком хорошо.

— Ну и задаешь же ты ему жару.

Кобыла фыркнула.

— Я понимаю тебя лучше, чем ты думаешь. Но я здесь дольше тебя. Он хороший человек. Ему можно доверять.

Уши кобылы дрогнули.

Я просунула между перекладинами половинку яблока. Оникс медленно двинулась ко мне. Теперь в ее шагах было куда меньше нерешительности. Она уже знала, что от меня исходит только хорошее. Оставалось надеяться, что однажды она так же примет Рэмси.

Оникс взяла яблоко с моей ладони. Пока она жевала, я погладила ее по щеке. Еще один маленький успех. Мой взгляд зацепился за шрамы, исполосовавшие ее бок. Я не переставала размеренно гладить ее.

— Мне так жаль, что он причинил тебе боль.

В сознании вспыхнули образы, а тело затопили призрачные ощущения. Руки Ховарда на моей шее. Уверенность, что это последние мгновения моей жизни.

Я зажмурилась, и рука безвольно опустилась от морды Оникс. По телу молнией пронеслась паника. Я сжимала и разжимала кулаки, встряхивала кистями, отчаянно пытаясь ее прогнать.

Теплая морда прижалась к моей шее. Я распахнула глаза. Оникс стояла совсем рядом, словно понимала все, что я чувствовала. Наверное, так и было. Она понимала меня лучше почти любого существа на земле.