Книга Русские поэты. Предсказанный уход, страница 164 – Олег Шаповалов

…Вы говорите: «Стихи очень традиционны». Согласен. Но этот грех наполовину не мой. Когда-то, читая стихи в газетах, я убедился и был убежден до последнего времени, что кроме поэзии так называемой «ура-патриотической» у нас никакая поэзия не принимается. Позднее я стал печататься в газете «На страже Заполярья» – газете Северного флота. Там я уж на себе испытал, что значит быть связанным строго заданными темами, не допускающими, так сказать, «художественной самодеятельности»: «Люблю море», «Хорошо служить на корабле», «Стучат сердца, как у героев», «Готов в строй!», «Любовь помогает служить моряку». Все авторы изощряются в выискивании оригинальных деталей, но главная-то мысль все равно не оригинальна, поскольку она газетная, казенная, как матросская шинель, выданная под расписку.

Не только там, и в некоторых других газетах шаблон, казенщина, можно сказать, узаконивается. После каждого напечатанного в такой газете стихотворения можно говорить другу: «Поздравь меня с законным браком!»

…Так и в стихах. Поэзия исчезает в них, когда поэт перестает чувствовать землю под ногами и уносится в мир абстрактных идей и размышлений. Как говорится, выше головы не прыгнешь. Поэзия тоже не может прыгнуть выше жизни. Что не жизнь, все смерть.

…Коли есть талант, воспой не то, что тебе предлагают, а то, что видишь ты, что слышишь ты, что чувствуешь ты, чем живешь ты. И если ты духовно и идеологически в авангарде времени, никогда никакого отрыва от жизни не произойдет. Казенщина – это явно уход от жизни, отставание. Это не почва для поэзии. Это почва, по которой могут передвигаться лишь стихи-курицы, способные в лучшем случае лишь вспорхнуть на газетную страницу».

Этому поэтическому кредо – не отрываться от жизни, от почвы, не уходить в мир абстракций – Рубцов будет следовать до самого конца своих дней.

В биографии Николая Рубцова практически нет белых пятен, а если и были «скелеты в шкафу», сегодня они разобраны по косточкам многочисленными исследователями, мемуаристами, литературоведами. Спорят лишь о деталях и о самом главном – как поэт уходил с грешной и столь любимой им земли.

Родился Николай в 1936 году 3 января в старинном, известном с XII века селе Емецк Архангельской области (до 1925 года имевшем статус города и районного центра при весьма малом числе жителей – под 2 тысячи человек).

Семья Рубцовых была не сказать чтобы зажиточной, но и не бедствовала, хотя в ней подрастало пятеро ребятишек – три дочки и двое сыновей (Коля на момент рождения – самый младший, потом родился еще один брат, Борис). Матушка Александра Михайловна вела домашнее хозяйство и пестовала малых.

У отца будущего поэта Михаила Андриановича (родился в 1889 году в Тотемском уезде Вологодской губернии) был хороший послужной список. В 1921-м повоевал в Красной армии на польском фронте. После демобилизации работал председателем правления Биряковского общества потребителей.

Затем с августа 1929 по апрель 1931 года – на должности заведующего торговым отделом Толшменского районного общества потребителей.

Совсем неплохо складывалась карьера для молодого человека. А когда в ноябре 1930-го Михаил Рубцов был принят в члены ВКП(б), открылись еще более широкие перспективы. Поучился на специальных курсах для хозруководителей среднего звена, был взят на заметку крайкомом партии как ценный кадр.