Книга Контрольный выстрел, страница 173 – Ю Несбе

— Мне только что позвонил начальник уголовной полиции, — сказала Катрине. — Дело передали в SEFO, и первым делом они захотели убедиться, что тебя отстранили от оперативной работы. Немедленно. Мне вообще не следовало разрешать тебе вести эти допросы.

— Правда? Обычно нам позволяют заниматься бумажной работой, даже если мы сделали несколько выстрелов.

— Несколько? — Она вздохнула. — Как ты собираешься объяснить SEFO, почему не остановился после двух, а продолжил и сделал шесть?

— Скажу, что хотел быть совершенно, совершенно уверен: в нём не останется столько жизни, чтобы он смог застрелить своего брата, моего сына или меня.

— Тебе не очень помогает то, что Грип только что сказал на запись: Каландер вообще не собирался ни в кого стрелять.

— Ситуацию было трудно оценить.

— Ты знаешь, что всё уже в соцсетях?

Харри обшарил карманы в поисках пачки сигарет.

— Признаю, про это я не в курсе.

— В «X» тебя уже называют Харри-Шестизарядником, и это расходится. На Reddit кто-то написал, что ты дал Каландеру по пуле за каждую его жертву. Это было задумано как похвала, но не все воспринимают это так. Беллману задают вопросы, добралась ли полицейская жестокость до Норвегии.

— Извини, но тут я мало что могу поделать.

— Ты слишком уж невозмутим, Харри. Даже для тебя.

— А внутри у меня полный хаос.

Катрине подняла бровь.

— Если ты сейчас стоишь здесь и шутишь, Харри, я всерьёз беспокоюсь. Слышала, ты отказался разговаривать и с психологом.

Харри посмотрел на Витт, принявшую позу внимательного слушателя.

— По моему опыту, это не всегда приводит к чему-то хорошему.

— Вот как? Есть кто-нибудь ещё, с кем ты можешь поговорить? Кто-нибудь не из Управления?

— Да. Сейчас как раз пойду с ним встречусь. Свободного времени у меня, вижу, будет много. Административный отпуск. Звучит так, будто я должен вас благодарить.

Катрине покачала головой, пока Харри застёгивал морскую куртку.

— Это тот твой приятель-таксист, Эйстейн Эйкеланн?

— Нет, парень по имени Джим. Мы то общаемся, то нет, но для этого он вполне подходит.

— Это довольно ужасно, — сказала Теа Рууд, не отрывая глаз от экрана, где Катрине Братт завершала прямую трансляцию пресс-конференции.

— Да, — сказал Кристиан Боэнг, поднялся с дивана и с бокалом шампанского подошёл к окну.

Наверное, хочет убедиться, что машина, которую они услышали, — не жена с детьми, неожиданно вернувшиеся с дачи, — подумала Теа.

Она не знала, что и думать, когда Кристиан пригласил её к себе и сообщил, что после ссоры с женой остался дома один. Хотел ли он ещё одного, последнего раунда перед окончательным расставанием? Или передумал насчёт того, что им с Теа никогда не быть вместе?

Чего Кристиан, вероятно, не знал: для неё оба варианта были исключены. Она согласилась прийти по трём совершенно другим причинам.

Во-первых, ей хотелось увидеть дом, который она столько раз пыталась себе представить.

Во-вторых, ей действительно стало немного его жаль, когда она увидела, насколько близко к сердцу он принял то, что в новом сценарии его роль урезали до скромной второстепенной. Третья причина была совсем простой: она хотела поставить точку так, чтобы совершенно ясно было — это она уходит от него, а не наоборот. Ей это было нужно, а он этого заслуживал. Хотя ей было его жаль и она вовсе не собиралась этим кичиться. В конце концов, у них оставалась одна важная совместная сцена, и Теа не хотела рисковать тем, что ей помешают внешние обстоятельства. То есть внутренние.