Книга Следователь по особо важным… телам. 18+, страница 47 – Игорь Некрасов

— Он у меня пока в отъезде, — продолжила Алла, и в её голосе мелькнула тень то ли усталости, то ли привычного смирения. — Его неделю как дома нет. Дела, бизнес, всё как обычно. — она сделала короткую паузу и добавила, чуть поведя плечом: — Дома только я и моя дочь Миля.

Я кивнул, делая мысленную пометку. Муж в отъезде уже неделю. Значит, вчера вечером его точно не было дома. А жаль — такой свидетель мог бы быть полезен. Люди его уровня обычно замечают детали, которые ускользают от других. И камеры по всему периметру — это явно его рук дело. Безопасность, контроль, порядок. Всё, как я люблю. И как не люблю одновременно — потому что с такими людьми всегда сложно.

— Понятно, — сказал я вслух и тут же, не давая паузе затянуться, добавил, стараясь, чтобы переход прозвучал естественно: — Алла Максимовна, я когда к вам заходил, видел камеры на воротах и на заборах. Скажите, а могу ли я взглянуть на записи с видеонаблюдения за вчерашний вечер и ночь?

Она чуть прищурилась, обдумывая мой вопрос. Руки её всё ещё покоились на бёдрах — жест, который придавал ей вид хозяйки положения, даже несмотря на домашний шёлковый халат и влажные после душа волосы.

— Камеры? — переспросила она, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на узнавание. — А, да-да, конечно. Можете взглянуть. — она оживилась, будто вспомнила что-то важное, и выпрямившись сказала. — Сейчас только найду планшет. — она уже шагнула к двери, но на секунду обернулась и добавила, чуть улыбнувшись: — Подождите немного. Сейчас схожу за ним.

Она вышла из спальни, и я остался один.

В комнате повисла тишина — только где-то в глубине дома едва слышно гудела система вентиляции да шуршали её шаги по мраморному полу, постепенно затихая.

Я стоял посреди чужой спальни, среди чужой идеальной жизни, и чувствовал себя совершенно не в своей тарелке.

Перед глазами всё ещё стояла картина того, как Алла наклоняется за упавшим халатиком, а потом… её упругая попка, раздвинутые бёдра, влажные половые губы и тёмная, мокрая дырочка между ними.

Лапин, прекрати. — я тряхнул головой, отгоняя наваждение. — Ты же на работе… у тебя новое дело. Надо сосредоточиться.

Медленно выдохнул и оглядел спальню.

Широкая кровать, застеленная светлым покрывалом. На прикроватной тумбочке — книга в мягкой обложке, какая-то современная проза, и пустой стакан. У окна стояла изящная маникюрная зона: небольшой столик с большим зеркалом в пол-стены, подсвеченным по периметру мягким светом, и пуфик, обитый светлым велюром.

На столике — аккуратно расставленные флакончики с лаками, и баночки с кремом. Всё аккуратно, дорого на вид, но безлико. Ни одной личной вещи, которая рассказала бы о хозяйке что-то, кроме её статуса.

Я переступил с ноги на ногу и прислушался.

Тишина.

Похоже, что Алла, видимо, ушла в другую часть дома, — подумал я и тут же усмехнулся, остро ощутив, насколько нелепо выгляжу: следователь в чужой спальне один ждёт женщину, которую по странным обстоятельствам видел голой, чтобы посмотреть записи с камер по делу о пропаже её соседки.

В другой день я бы посмеялся над этой ситуацией. Но сейчас мне было не до смеха.

Из коридора донёсся звук шагов — мягкий, почти бесшумный.

Она возвращается! — пронеслось в голове, и я тут же одёрнул пиджак и принял максимально профессиональный вид.