Книга Следователь по особо важным… телам. 18+, страница 1 – Игорь Некрасов

Будильник заорал в шесть тридцать.

Я открыл глаза и уставился в потолок. Белый, ровный, без единого пятнышка. Новый дом, новый ремонт, натяжной потолок со встроенными светильниками. По потолку от люстры к окну ползла тонкая тень от карниза — единственное, что нарушало идеальную геометрию.

Красиво. Дорого. И совершенно мне не нужно, если честно. Но когда покупал квартиру, риелтор так расписывал «евроотделку», что я сдался.

Я прикрыл глаза и снова открыл. Спать хотелось зверски.

Обычно я встаю без проблем. Армия, потом академия, потом годы в органах — организм выдрессирован подрываться по сигналу, как по команде «подъём». Никаких «ещё пять минуточек». Никаких будильников с переносом. Встал и пошёл.

Но сегодня всё пошло по одному месту. Потому что сегодня я не спал до трёх ночи.

«Давай ещё! Давай, трахни меня! О боже, да! Да!»

Я поморщился, вспоминая громких соседей — молодую пару за стеной. Кажется, они въехали месяц назад. Он — качок с бычьей шеей, она — мелкая брюнетка с сексуальным голосом, прям как у порноактрисы, и вся в татуировках. Такое чувство было, что они всю ночь выясняли, кто кого перекричит.

«Да-а-а-а! Ещё-о-о-о!»

Я лежал в темноте и смотрел в свой новый идеальный потолок. Считал удары кровати о стену. На двадцать седьмом сбился и начал заново. На тридцать пятом она закричала так, что я всерьёз задумался — может, вызвать полицию? Потом вспомнил, что я и есть полиция. И мне завтра на работу. То есть уже сегодня.

К счастью, в три ночи, как раз в тот момент, когда мне всё это осточертело, крики стихли, и я провалился в сон, тяжёлый и липкий, как патока… А в шесть тридцать заорал будильник.

Я сел на кровати, спустил ноги на пол. Ламинат был прохладным, приятным. Новый ламинат, светлый, под дерево. Сам выбирал. Долго стоял в строительном магазине, тупил в образцы, пока консультант не сжалился и не ткнул пальцем: «Вот этот берите, не прогадаете». Не прогадал.

Квартира у меня однокомнатная, но просторная. Сорок два квадратных метра. Для одного — дворец. Панорамное окно во всю стену, вид на город, новая кухня с глянцевыми фасадами, новая сантехника, новая мебель.

Всё чистое, аккуратное и расставленное по местам, даже моя мать, когда приезжала в первый раз, удивилась:

«Илюш, у тебя чище, чем у меня. Ты что, уборщицу нанимаешь?»

«Нет, мам. Просто не мусорю».

И я действительно не мусорю. Вещи сразу на место, посуду сразу в посудомойку. Холостяцкая жизнь приучила к порядку. Если не убирать за собой сразу — квартира превратится в свинарник за менее чем три дня. Я это проходил ещё в общаге академии и больше не хочу.

Я встал, потянулся, разминая затёкшие плечи. В зеркале на дверце шкафа мелькнуло отражение: высокий, крупный, в мятых домашних штанах и белой футболке. Тёмно-русые волосы торчат в разные стороны, на висках — ранняя седина. Мне двадцать восемь, а выгляжу на тридцать пять. Спасибо профессии.

Провёл рукой по подбородку, нащупал шрам слева. Маленький, но заметный, если приглядеться. Упал с велосипеда в семь лет. Мать тогда чуть с ума не сошла, а отец только хмыкнул и сказал: «Заживёт. Шрамы украшают мужчин». Отец у меня военный, но нынче уже давно пенсионер.

Я прошёл на кухню с мыслями, что надо бы позвонить родителям, а то давно не звонил.