Книга Танк Таранович, или Влюблен на всю голову, страница 45 – Наталья Юнина

— Да. Душ помог расслабиться. Ну и таблетки, конечно.

— Ну и славно. Послезавтра пойдем на свидание.

— Почему не завтра? — вот тебе и нежданчик.

— Ну я хотел на природу с собаками. А завтра весь день дождь.

— Так я соврала, чтобы ты смородину собрал. Вчера заколебалась с одним кустом. А так как вы уже почти все, можно и правду сказать.

Охренеть… просто охренеть!

— За такое ты мне должна не только свидание. А сейчас давай целуй меня.

— Даже если бы очень хотела — нет. От тебя пахнет… этим славным воздухом.

— Целуй, — настойчиво повторяю я.

Думал закроет демонстративно окно, ан нет, потянулась ко мне и поцеловала… в щеку.

— Надо всегда конкретизировать, Петя.

— Буду иметь в виду, Вася.

Чувство такое, что по мне, как минимум, проехал трактор. А еще этот противный звук в ушах, словно кто-то херачит дрелью мой череп. Даже не знаю, что сейчас хуже — этот долбаный звук или боль во всем теле. Разлепляю глаза и пытаюсь приподняться с кровати.

— Нам немцы дом обстреливают? — кое-как произнес хриплым ото сна голосом. Кажется, Медведев тоже дезориентирован. Правда, ему, в отличие от меня, хватило нескольких секунд, чтобы не только очухаться и встать с дивана, но и схватить ствол. — Я вообще-то пошутил, Миш.

Медведев определенно ушел в себя, на меня не обращает внимания. Тихонько пробрался к ближайшему окну, жестом показывая мне лечь на пол.

— Ты переработал, — наконец встаю с кровати и подхожу к, уже опустившему ствол, Мише. — Это что за…

Нет слов. Просто нет слов! Вчера вся скрюченная, сегодня уже косит траву! Охренеть. Ну точно ведьма.

— Да, вы правы, напала одна фашистка с триммером.

— Хорошо хоть не с триппером, — перевожу взгляд на часы — пять минут десятого. — А что говорит закон? Можно уже шуметь?

— Вроде как, с девяти можно.

— Вот же хитрожопая белочка, все продумала, — одно при этом радует точно — Василиса в полном здравии, а это значит никаких отмазок для встречи не будет.

— Но если мешает соседям, то нельзя, — какая-то секунда и Медведев поднимает ствол.

— Ты совсем, что ли?! — одергиваю его руку. — Я понимаю, что тебе она не нравится, но не до такой же степени, чтобы ее убивать. Мертвая Василиса — мне не по вкусу.

— А как по мне — мертвая женщина равно нет проблем. Шучу. Давайте я выйду из дома и с удобного ракурса выстрелю в триммер?

— Заикающаяся Василиса мне что-то тоже не очень по вкусу. П…п…п….пп…..пппп…ппппетя, мммм…мм…ммм…ммм. ммм. мааа. ть твою. Нет, определенно, мне не нравится. И вообще, не размахивай стволом.

— Давайте тогда ментов вызовем.

— Миша, я смотрю на тебя свежий воздух влияет не лучшим образом?

— Хорошо он на меня влияет. Зато после ментов никто не захочет шуметь с утра.

— Не очень красиво получается.

— Что? Она не узнает, что это мы. Все сделаем тихо.

— Некрасиво рассказывать потом детям, что я вызвал ментов для их мамы.

— Каким детям?

— Нашим будущим с Василисой.

— Удар в нос был сильнее, чем я думал. Возможно, куски костной ткани отлетели в мозг. Давайте проверим в больничке?

— С моим мозгом пока все в порядке. Ладно, раз Василиска нас разбудила, пойдем завтракать, а потом забирать Гришу.

— Оно вам надо?

— Надо.

* * *

— Миш, иди воды набери. Руки уже нечем помыть.

— Работодатель собирается готовить мне завтрак, это что-то новенькое. Сальца не хватает, на нем яичница вкуснее, — со знанием дела добавляет Медведев, заглядываясь на продуктовый набор, подаренный Василисой. — Сейчас принесу воду.