Книга Проиграем?, страница 51 – Наталья Юнина

С опаской открываю дверь, не зная, что ожидать от мамы. Вид у нее странный. Дерганный, что ли.

— Что ты хочешь? – осторожно интересуюсь я, пропуская ее внутрь.

— Мы одни?

— Пока, да, соседка должна прийти с минуты на минуту, – уверенно вру я и, кажется, впервые сожалею о том, что в реале она сегодня не придет. – Зачем ты пришла?

— Пойдем в твою комнату, раз соседка должна прийти.

Мама не спрашивает, в наглую открывает дверь и проходит в мою комнату. Прохожу вслед за ней.

— Да я смотрю твоя комната претерпела изменения. Хорошая кровать, – демонстративно садится на нее. И так меня это взбесило, что я совершенно не своим голосом рявкнула:

— Встань.

— А куда делась твоя псевдоневинная овечья натура? А?

— Что тебе нужно?

— Что? – ухмыляется. – Ты серьезно не понимаешь?! Это ведь Стас купил тебе эту кровать, – не спрашивает, скорее утверждает. – И это все тебе устроил именно он, верно?! – обводит рукой мою фигуру. – Как еще он тебя балует? – вскакивает с кровати и рывком открывает дверь шкафа. Скидывает на пол первую попавшуюся одежду.

Странно, но в момент, когда она продолжила выкидывать вещи из шкафа, у меня появилась какая-то апатия. Наверное, маму даже стоит пожалеть, ведь, по сути, она тронулась головой из-за любви. Неважно, какая она сама и ее объект любви. Если абстрагироваться и убрать свои обиды, она еще более несчастлива, чем я. Правда, моя жалость быстро проходит, когда перед глазами проносятся картинки из детства.

— Эти вещи я купила себе сама, мама. А кровать купил… мой мужчина. Точнее не мой, – усмехаюсь в голос. – А теперь, будь так добра, собери вещи и положи так, как они лежали.

— Какая же ты… шлюха.

— Я? – вновь усмехаюсь, не в силах сдержаться. – Это говорит мне женщина, которая спала с половиной мужиков в нашем доме? Ты же и есть самая что ни на есть шлюха. Только ленивый не показывал на тебя пальцем и не перешёптывался за спиной, что ты спала с очередным женатым мужиком. Так что, да, ты даже не проститутка, те хоть за деньги, а ты просто шлюх…

Договорить я не успела, какое-то мгновение, и мне прилетела хлесткая и болезненная пощечина. Прикладываю руку к горящей щеке и только спустя несколько секунд до меня доходит. Я уже не ребенок, который может молча сглатывать все обиды.

— Только попробуй меня еще хоть раз тронуть. Я тебе так отвечу, что мало не покажется.

— Если сегодня же Стас не вернется домой, то ты об этом очень пожалеешь. Я тебе устрою такую веселую жизнь, что век не отмоешься. Знаешь, одно слово может посеять такое, что мало не покажется. Начну с твоей учебы. Так, что в итоге не доучишься. Продолжу твоей работой. А закончу комнатой, в которой ты живешь. Пару слов о том, что ты водишь сюда мужиков за бабки и быстро окажешься на улице. Ты подумай над этим, когда будешь старательно отсасывать сегодня член моего мужа за очередное платьишко.

В этот момент вся моя выдержка слетает к чертовой матери. Я толкаю маму со всей силы, так, что она отшатывается, ударяясь спиной о дверцу шкафа. А в следующее мгновение мне прилетает ответный удар рукой в грудь и я, в отличие от нее, не удерживаюсь на ногах из-за каблуков, и в буквальном смысле улетаю на пол. Ударяюсь, но, как ни странно, боли в этот момент я не чувствую, ибо во мне закипает злость. Между нами начинается самая что ни на есть драка. Я не знаю, как далеко бы я зашла, если бы не почувствовала отрезвляющую боль в пальце. И только взглянув на сломанный окровавленный ноготь, я окончательно пришла в себя. Никогда не понимала, как можно переживать о каком-то ногте. А вот переживается. Вот только ощущение, что у меня что-то другое сломалось и это отнюдь не наращенная пластина. Как бы мне ни хотелось это признать, меня сжирает самая что ни на есть обида. Нехотя перевожу взгляд на маму.