Книга Проиграем?, страница 52 – Наталья Юнина

— Почему ты никогда даже не допускала мысль, что я говорила правду? Почему? Я же твоя дочь. Даже если нелюбимая, но все равно твоя! Я никогда не делала тебе ничего плохого. Всегда ходила у тебя по струнке. Обед приготовить – приготовлю. Убрать – уберу. Принести тебе что-то на работу – принесу и пофиг, что на меня косятся все соседи. Я исполняла любую мелочь. Любую! – усаживаюсь на кровать, от внезапного бессилия в ногах. – А самое дебильное, что я любила тебя даже при всем этом. Ничего. Ничего я тебе не сделала плохо, – как бы ни старалась сдержаться, предательские слезы покатились по моим щекам. – Так почему ты ни разу не поверила мне? Почему какому-то проходящему мужику да, а мне нет?! Почему?

— Наверное, потому что знаю, как это бывает в семьях, когда умирает папа. Я была на твоем месте, Женя. И делала все, чтобы выжить из дома маминого ухажера. На какие-то только ухищрения я не шла, чтобы у мамы была только я. Я проходила это и знаю на что способны дети в достижении своих целей.

— Так я не ты! Это Стас приставал ко мне. Он! Не я к нему. Я ненавижу его точно также как… как уже и тебя. Ненавижу! У тебя растет вторая дочь. Может, в отношении нее у тебя хватит совести и разума сделать так, чтобы твой Стас или другие мужики не приставали к ней точно так же, как это делали они со мной.

— Да ты промываешь ей мозги всякий раз, когда встречаешься с ней. У нее просто нет шанса не перенять твое поведение! – горько усмехаюсь в ответ на ее комментарий.

— Ладно, хватит. Я устала. Просто уйди, – еле сдерживаюсь, чтобы в очередной раз позорно не разреветься перед ней. – Я не встречалась с твоим Стасом ни разу и не собираюсь. Здесь его не было и не будет.

А лучше бы он сдох и плевать на последствия. Зато хоть тогда она узнает, что это сделала именно я и не от любви к нему. Боже, о чем я думаю? Вытираю тыльной стороной ладони мокрые щеки и вновь перевожу взгляд на маму. К счастью, через какие-то считанные секунды она наконец выходит из комнаты. Скидываю туфли и на негнущихся ногах иду в коридор. Закрываю за ней дверь и тихонечко оседаю на пол. Только осев на полу, по свисающей на плече лямке, я поняла, что молния сзади разошлась. Закрываю глаза и пытаюсь представить что-то хорошее. Но перед глазами, как назло, фотография дочки Зорина. Ну давай, добей себя думами о том, что с ней случилось на этой детской площадке. Дура!

Делаю глубокий вдох и пытаюсь успокоиться. Скоро обязательно будет белая полоса. Это закон жизни. Обязательно будет. По-другому не бывает. Я бы и дальше сидела неподвижно на полу, неотрывно смотря на свой ноготь, если бы не звонок в дверь. На очередном раздражающем звуке, нехотя, но я все же встала с пола и потянулась к глазку. Мне сложно сфокусировать взгляд из-за пелены в глазах, но с уверенность могу сказать, что по ту сторону двери стоит Зорин. Все в той же белой рубашке, только сверху накинут пиджак. Не раздумывая, открываю дверь и, только по нахмуренному лицу Зорина, вспоминаю о своем внешнем виде.

— Что с тобой?

— Ничего.

Проходит внутрь, оттесняя меня в сторону. Вглядывается в мое лицо и тут же ловит рукой мой подбородок.

— Что случилось?

— Ноготь сломался, – пожимаю плечами. – Я их впервые нарастила и вот… беда. Для нас женщин это невосполнимая утрата, – стараюсь сделать беззаботный вид, а у самой, несмотря на ноющую боль в пальце, тараканы в голове затанцевали ламбаду.