Книга (не) Моя доярушка, страница 82 – Анастасия Боровик

— Марко, а если ты снова мне не поверишь? — ее голос тихий, без надежды.

— Просто позволь мне находиться с тобой каждый день, и я покажу, что ты не ошиблась.

Маша молчит, отстраняется и смывает с себя пену и мои прикосновения. Ее холодность меня напрягает и привлекает. Она всегда была такой. С ней я всегда переживаю, что она может в любой момент уйти и даже не сказать почему.

Маша не та, кто будет терпеть и бегать выяснять отношения. Ты либо с ней, либо теряешь ее навсегда. Я всегда должен ее завоевывать, чтобы однажды она поняла, что без меня совсем не может. И если сейчас она здесь, значит, у меня есть малейший шанс, который я должен не упустить. Потому что я уже понял, что без нее не могу дышать. Я люблю ее намного больше, чем она меня. А она может быть уверена во мне, только когда я буду ее опорой и поддержкой.

— Маш, скажи, чего ты хочешь, и я всё сделаю…

— Я хочу венчаться.

Машенька

— Венчаться? — переспрашивает, и внутри всё сжимается.

Марко смотрит осторожно, его взгляд становится серьезным.

— Я… Не имела в виду прямо сейчас… Или что с тобой… — Тру лоб, смущаюсь, становится жарко уже не только от пара. Отвожу глаза, смотрю на дверь и выхожу из парилки, спасаюсь напряженного воздуха.

— Маш, подожди. Что значит «не со мной»? — выходит за мной раскрасневшийся итальяшка, кожа гладкая и влажная.

— Я… Я тебе полотенце принесла. Хотела отдать, но получилось как-то по-другому, — нервно смеюсь и торопливо вытираюсь грубым полотенцем, пытаясь одновременно натянуть на себя белье.

И зачем меня угораздило зайти в эту парилку? Просто отдать полотенце? Ага, конечно, обманывай себя. Ну не удержалась. Бездумно отдалась чувствам, позволила сердцу взять верх над разумом. Грудь поднимается тяжело, дышать стало невыносимо. Да что там говорить, этого мимолетного прикосновения было так мало, что сейчас, кажется, взорвусь от желания. Но так нельзя, я себя настраивала на другое, должна держать себя в руках.

Голый Марко подходит ближе. Кажется, моя голова не слушается, и взгляд сам по себе скользит вниз. «Маша, прекрати, опомнись!»

— Хочу послушать. Что в твоей голове сейчас происходит? — Голос тихий и серьезный.

Если бы он только знал, что творится в голове, я бы уже лежала на скамейке кверху попой. Горько усмехаюсь про себя. Помимо этого хаоса, в моей голове еще множество других мыслей и чувств. И вдруг меня накрывает волна откровенности. Может, стоит сказать ему всё, что я так долго держала в себе? Пусть узнает и уйдёт. Так будет честнее.

— Понимаешь, Марко, я всегда жила тем, что есть. Особо не мечтала о будущем. Нет, не так: я мечтала. О ферме, о семье, о детях… Но в глубине души всегда себя останавливала. — дрожащим голосом начинаю я. — Понимала, что это так и останется мечтами, моими розовыми очками. Знаешь, что-то вроде «ну когда-нибудь потом, может быть»… А на самом деле считала, что мне это никогда не достичь. Получится — хорошо, нет — так нет… Вроде и старалась… — Первая слеза сама сходит с глаз. — Отказалась от хорошего предложения на одной ферме… Кто же деду поможет, решила я? А может, просто боялась, что не справлюсь, что провалюсь? Или что получится, и что тогда...

Снова тру лицо и шею. Такое ощущение, что каждое слово давит изнутри, душит горло. Обнажать душу — всегда такое тяжкое испытание.