Книга Та, что тебя хранит, страница 20 – Алёна Берндт

— Ладно, спи. Я тогда сам все сделаю, потом пойду на завод, в токарном мне обещали деталь на велосипед заварить.

— Хорошо, иди, – протянул Сережка, и повернулся на другой бок.

Васька без своего велосипеда был как без рук. На речку не поедешь, а ведь уже тепло, можно и купаться. В спортзал войсковой части тоже ходить далеко, на велике быстрее.

А тут, сломался его верный конь – рама лопнула. Да и немудрено – столько этот старенький аппарат повидал, велосипед был старше Васьки лет на десять, если не больше. Да и сохранился-то он только потому, что никому и не нужен был, а иначе отец его давно бы пропил.

На заводе хорошо знали Васькиного отца, а самого Ваську жалели. Потому и сосед дядя Ваня Кулагин, работавший токарем на заводе, увидев Васькино горе над сломанным велосипедом, сказал:

— Ты давай, Васёк, в субботу приноси свои запчасти, заварим. Лучше нового будет.

Ранним утром Васька возился во дворе бабушкиного дома, покормил кур, собрал яйца и отнес их к соседке, по указу бабушки, отложив для себя и брата 10 штук.

После взял свою сломанную раму и отправился на завод к дяде Ване. Бывать там Ваське всегда нравилось, ему разрешали смотреть, как работают станки, а возле токарного цеха стоял автомат с газированной водой, которую можно было пить сколько хочешь.

— Ну вот, готово, – дядя Ваня вернул Ваське раму, – Вот здесь зашкуришь, и можно покрасить. Вечером зайди ко мне, я тебе краску черную дам, по металлу. О, ты погляди, время-то уже обед! Пойдем со мной с заводскую столовую, угощу тебя обедом.

— Дядь Ваня, спасибо вам большое. За раму и за приглашение, но я не могу – мне домой надо. У меня там брат, тоже голодный. Я вот, яйца от бабушки ему несу.

— Ничего, потерпит брат твой пятнадцать-то минут, – мужчина увлек парня с собой в столовую, а сам незаметно подмигнул поварихе, указав на Ваську.

Наталья Макаровна, заведующая столовой, сама сегодня стояла на раздаче, и знаки своего кума Ивана поняла сразу – пошла вглубь столовой и собрала для Васьки сверток с едой. Котлеты, пирожки с мясом и картошкой, пакет макарон и консервы она сложила в старенькую авоську, которую и отдала Ивану.

— На вот, возьми. Покормишь брата, – смущаясь, пробурчал дядя Ваня, не глядя Ваське в глаза.

Васька, смущаясь не меньше дяди Вани, взял сумку и благодарил и мужчину, и Наталью Макаровну.

Радостный Васька спешил домой. Решив, что продукты он домой не понесет, чтобы не отобрал отец, он оставил свою сумку во дворе бабушкиного дома и поскорее побежал домой за Сережкой.

Возле его дома стояли машины – пожарная, скорая и милицейский УАЗ и еще какая-то машина. Васькино сердце похолодело, он понял, что случилось горе, и именно у них.

Он побежал быстрее, но у самого входа его перехватила соседка Вера, молодая женщина лет тридцати. Крепко обняв, она прижала его к себе, потом развернула за плечи и сказала:

— Васенька! Не ходи туда, не надо! Побудь тут со мной!

Все виделось Ваське, как в тумане, как выносили накрытые простынями тела, как усатый милиционер что-то спрашивал у него и у соседей.

Даже сейчас, глядя сквозь годы на всё это, взрослый Васька плакал…. А уж тогда, тринадцатилетний мальчишка был убит и сломлен.

Не протрезвевший к утру отец, проснувшись, решил попить чаю. Включив газ, он поставил чайник на плиту, а потом, забыв обо всем, улегся спать. Чайник вскипел и залил огонь. Газ продолжал выходить…. Все, кто был в квартире, погибли. Когда запах газа учуял сосед, поднимавшийся по лестнице, он поднял тревогу.