Книга Верь мне, страница 115 – Алёна Берндт

День после грозы выдался душным, летнее солнце парило землю, утренняя роса давно высохла, только вот лужи, оставшиеся после ночного дождя, манили ребятишек своей синевой — отражающимся в них небосводом.

— Жень, ты чаю хочешь? — Меланья вышла из дома и присела на бревнышко рядом с внучкой, — Тебе поспать надо, половину ночи просидела… Может, к доктору сходим, пусть что от нервов тебе пропишет? Ведь нельзя так, ночами не спать. Посмотри, вся осунулась, под глазками синяки…

— Бабуль, да ничего… какие лекарства, просто не спалось сегодня. Я думала над рассказом, не выходит он у меня. Другой начну, о себе, и о папе, и о вас… А вот Егорка на тихий час уляжется, и я вместе с ним и посплю.

— Не заболела бы ты, милая! — бабушка приложила ко лбу внучки прохладную руку, — Заварю-ка я тебе чайку с травками, с богородской, зверобоем и мятой.

Егорка пыхтел рядом с ними, пытаясь ухватить Лапкин хвост, который чудесным образом постоянно ускользал у него прямо из рук! Сама Лапка, снисходительно щурясь, наблюдала за маленьким неловким человечком, и нарочито медленно возила перед ним хвостом.

— Хорошо, бабушка, зверобой, так зверобой, — сказала Женька, и бабушка ушла в дом.

Женька сорвала несколько цветков с небольшой бабушкиной клумбы и плела венок, думая над тем, что случилось ночью и поглядывая на братишку, когда у забора послышался голос:

— Женя, здравствуй! А бабушка дома? Или дед? Кто есть взрослые?

Женька подняла голову — за калиткой стояла бабушка Полина Волоконникова, двор которой был через забор от дома Тимофеевых. Старушка была одинокой, часто болела, вот и в этот раз лицо её показалось Женьке очень бледным. Девочка взяла братишку за руку и подошла к калитке:

— Здравствуйте, баба Поля. Бабушка Маня дома, а деда нет — ушел по делам. Да вы проходите во двор, — Женька отворила калитку, и старушка вошла, опираясь на сбитую внизу тросточку, — Присядьте вот на лавочку, я сейчас бабушку позову.

Подхватив Егорку, Женя поспешила в дом, чтобы сообщить бабушке о гостье, которая устроилась на скамейке во дворе и оглядывала хозяйство, щурясь на яркое летнее солнце.

— Бабуль, там к тебе бабушка Поля пришла, на скамейке сидит, просит выйти к ней, — сказала Женька бабушке и принялась ловить шустрого Егорку, который уже успел сделать пару попыток открыть нижние дверки кухонного буфета.

— Волоконникова Поля, что ли? — спросила бабушка и выглянула в растворенное настежь окно, — Аполлинария, сейчас я иду!

Меланья Фёдоровна взяла из буфета кружку, набрала в неё душистого прохладного квасу и вышла на двор:

— Вот, угостись-ка кваском, Поля. Ух, жарит солнце, ну и денёк сегодня выдался. Эдак, скоро и косить пойдем, пока травы не попекло.

— Спасибо, Маня, хорош квас у тебя, благодарствую! — ответила соседка, — Я к вам поговорить, дело тут серьёзное, Сергея вашего касается.

— Что ж во дворе говорить, пойдем в дом, — пригласила Меланья гостью, понимая, что разговор предстоит серьёзный, — Что же на солнцепёке сидеть, в доме прохладнее.

Вскоре женщины расположились у стола в большой комнате, в открытое окно задувал тёплый ветерок, делая помещение прохладным. Женька с Егоркой тоже расположились в доме, во-первых, прячась от полуденного зноя, а во-вторых, потому что Женьке было очень любопытно, что же скажет бабушке соседка. Хоть и услышала она не весь разговор, но и тех нескольких услышанных фраз ей хватило.