Книга Рубль-пять, страница 33 – Алёна Берндт

— Все, спать давай, – хмуро буркнул Андрей, не глядя на жену, – устал я. Завтра отгул у меня, дома останусь, вот тогда и поговорим.

Убирая со стола посуду, Натка слышала, как беспокойно ворочается Андрей в кровати, и давилась слезами. Как же так получается все в ее жизни?

Вдруг откуда-то, из самой глубины ее мыслей, вспыхнула одна, яркая и настолько крамольная, что Натка по привычке оглянулась вокруг – не слышит ли кто того, что она думает… А подумалось ей вот что – гнать надо такого мужа! Гнать к матери, раз так хочет, пусть там и живет, если той так необходимо его присутствие!

Натка все равно со всем управляется сама, только теперь ко всему этому еще добавились и насмешливые взгляды, и пересуды семеновских сплетниц. Буквально на днях Натка сама, своими ушами слышала, как у магазина, не заметив идущую позади нее Натку, Вера Гракова вещала идущей рядом подруге:

— Да сбежал давно уж муж от хромой, она все одна да одна! Нужна она ему, свинтил к родителям! На фабрике работает, да говорят, баба там у него завелась! У меня там сестра троюродная работает, знает! А чего ожидать было, что он с этой замухрышкой до гробовой доски проживет?! Он-то вон какой интересный мужик, а она что? Поигрался, да и за ум пора браться!

Замерев с грязной тарелкой в руке, Натка будто снова услышала у себя в ушах эти звенящие от злости и зависти слова… Да, она верила мужу, надеялась, что все обещанное им окажется правдой, и уедутони семьей в Озерки, заживут на новом месте.

Но теперь она поняла – будет постоянно случаться что-то, мешающее ее мужу исполнить обещанное. И никогда не настанет то время, когда вздохнет свободно Натка, поднимет гордо голову, идя под руку с мужем по главной улице поселка…

После бессонной ночи, которую Натка провела в раздумьях, она решила, что скажет все Андрею, когда начнется разговор о будущем, как он обещал. Пусть едет, пусть будет свободным от них с сыном, раз так ему легче жить! И пусть освободит и их от своих унизительных приездов «в гости»!

Выйдя утром в кухню, она увидела, как довольный Алешка сидит на коленях у отца, рассказывая ему о том, что на новогоднем представлении в саду он будет медвежонком, и что мама уже начала шить ему костюм из коричневого пушистого материала, который привезла ей по знакомству тетя Люда из пошивочной мастерской. Андрей улыбался, слушая сына, и сеточка усталых морщинок собралась в уголках его глаз.

Наткино сердце дрогнуло, изболевшись от мыслей и дум за прошедшую ночь, а задуманные слова вдруг сами собой куда-то испарились.

— Наташ, я думаю в конце декабря пару дней отгулов выпрошу, дома с вами побуду. – Андрей вдруг вернулся, тот самый, прежний Андрей, которого Натка полюбила. – Давай, может, в город съездим на следующие выходные, к Новому году купим, что нужно.

Натка только и смогла, что кивнуть в ответ, и поскорее взялась готовить завтрак, с трудом удерживая слезы – как же она соскучилась по мужу, именно вот по этому человеку, каким он был до этой его новой должности.

Накрыв завтрак семье, она привычно надела валенки, накинула старый свой тулупчик и отправилась было на двор, чтобы расчистить выпавший за ночь, блестящий на утреннем солнце снег. Опершись на черенок фанерной лопаты, она любовалась, как иней окаймил ветки рябины, растущей за забором палисадника, и стайка клестов, таких же ярких на снегу, как и ягоды самой рябины, лакомилась зимним угощением. Перепрыгивая с ветки на ветку, птички стряхивали ягоды вниз, на белоснежное покрывало, и Натка подумала, что они очень похожи на капельки алой крови.