Книга Рубль-пять, страница 30 – Алёна Берндт

Натка успевала все и в самом деле шустро управляясь и с хозяйством, и с малышом. Правда, времени на то, чтобы поехать в город на консультацию по поводу своего недуга она так и не нашла. Давняя привычка отодвигать свои потребности на задний план, воспитанная бабушкой, давала свои плоды, и Натка все думала, что вот через месяц-то точно поедет в город… Но месяц проходил за месяцем, а времени больше не становилось. Единственное, что она сделала, – это научилась подкладывать в обувь твердую подложку под стельку, и ходить ей стало намного легче. Но все равно болезнь давала себя знать, и со временем – все сильнее. Болела поясница, ныла вся спина, и к вечеру было ощущение, что боль заполняет все ее тело изнутри.

Однажды осенним утром Андрей вернулся с работы чернее тучи и сообщил жене, что ему позвонили из родных Озерков. Звонила младшая сестра и сообщила, что отца положили в больницу.

— Мало ли что у вас там было, – строго заявила Полина, – но сейчас ты должен отложить все в сторону и навестить отца!

Натка погладила мужа по плечу:

— Сестра твоя права. Мало ли какие разногласия, но сейчас отец твой болеет, ему нужна твоя поддержка, может, и помощь какая потребуется. Поезжай.

Как потом думала Натка, вот, наверное, и покатилось все в тартарары как раз с этого самого момента. У Анатолия Владимировича, отца Андрея, диагностировали инсульт. После он долго лечился, восстанавливался, но работа по хозяйству стала тяжела для него. И поэтому все легло на плечи Андрея.

Виталий давно уже жил в новом, отстроенном при помощи родителей, его и его жены, доме, растил двух девчонок-погодок и заниматься помощью родителям у него не было времени. Свое немаленькое хозяйство требовало заботы.

А вот Андрей, по настоянию матери, которая не уставала повторять, что в болезни отца есть и его немалая вина, мотался из своей Семеновки в Озерки и обратно, успевая при этом еще и на работу ходить. Только вот на помощь жене и на свое хозяйство сил у него уже не оставалось.

— Наташ, я сегодня останусь в Озерках. – Как-то виновато и тихо прозвучала эта фраза из уст Андрея, когда он сказал ее впервые. – Завтра с утренним приеду и на работу сразу. Там мать затеяла пол в хлеву перекрывать, просит поскорее закончить, вот я и думаю… поработаю сегодня подольше, чтобы не бежать на последний автобус.

— Андрюш, ну так же нельзя! Ты измотался весь, лица уже нет. Давай возьмем деньги из отложенных на мое лечение и наймем в Озерках человека, чтобы сделал все, что нужно! И тебе не мотаться, да и я одна устала! Алешка по тебе скучает – просыпается, ты уже на работе, а когда ты приходишь, он уже спит.

— Устала? Ты устала! А я что, думаешь не устал! – неожиданно сорвался Андрей на крик. – Ты-то дома, да и работа у тебя – сиди книжки перекладывай! Я же терплю, и ты потерпишь! Отец не может сам по хозяйству, как ты не понимаешь!

Хлопнув дверью, Андрей ушел собираться и уехална последнем автобусе в Озерки. А Натка стояла на крылечке, глядя на заходящее за реку солнце, и думала, что Елизавета Александровна будет очень рада, если сегодня Андрей расскажет ей, как Натка не поняла его сыновнего порыва помочь родителям.

Тогда она еще сама себе боялась признаться, но где-то глубоко внутри прозвенела та первая струнка, тот звоночек, возвестивший начало грядущих перемен в жизни их семьи.