Книга Гарантия на жизнь, страница 50 – Нина Князькова

— Но, Тина…, - Никульчин вскочил на ноги.

— Если ты против, то я справлюсь сама, — быстро выпалила, отступив к окну, когда он протянул ко мне руки. Мне сейчас соображать надо, а рядом с ним это тяжело сделать. — Мы не будем тебя напрягать….

— Тина, прекрати сейчас же нести чушь! — Толя чуть повысил голос и все-таки прижал меня к себе. Не настолько у меня большая кухня, чтобы я могла долго от него бегать. И все-таки я не выдержала и расплакалась. Вернее, запоздало почувствовала, что горячие слезы сами закапали с подбородка. — Никогда больше не пытайся уйти от меня, — твердо заявил он, поглаживая меня по спине, так как меня затрясло, как от озноба. Нервное. — И запомни, что бы не случилось в твоей жизни, я буду на твоей стороне. Всегда. Я так решил еще тогда, когда проснулся с дикого похмелья и увидел тебя. У тебя тогда даже осуждения во взгляде не было. Как я могу тебя предать?

Вот теперь я расплакалась осознанно. От облегчения. Толя понял меня. Нет, трудности у нас обязательно будут еще, но он взрослый мужчина, который принял выбор своей женщины.

— С-спасибо, — выдавила из себя. Не хотелось разочаровываться в этом мужчине. Я вообще в людях не люблю разочаровываться, а потому всегда оправдываю их до последнего, пока черту не перейдут.

— Ну чего ты? — Никульчин отодвинулся от меня, пару мгновений посмотрел на меня заплаканную и вздохнул. — Так дело не пойдет, — заявил он и подхватил меня на руки, заставив тихонечко взвизгнуть. По пути выключил плиту, на которой закипал чайник и прошел в гостиную, где сел на диван и усадил меня к себе на колени. Положил на себя, давая время и возможность выплакаться. — Все хорошо будет. Мы справимся.

Я молча кивала, а слезы все бежали и бежали. Кажется, я так и задремала, привалившись к Анатолию. Из сна меня выдернул зажужжавший где-то поблизости телефон. Я резко выпрямилась, но сильная рука тут же вернула мою голову на плечо. Никульчин вытащил телефон из кармана.

— Иван? — Ответил он, а я поняла, что это мой брат решил не оставлять все на самотек и решил прогнуть Толю на принятие «правильного» решения.

— Я Тинке дозвониться не смог, — я сидела близко, а потому слышала каждое Ванькино слово.

— Она рядом со мной, — мужчина прижал меня к себе сильнее одной рукой, когда я попыталась слезть с его коленей. Я ему, наверное, отдавила уже все. Я посмотрела на время. Ой, два часа проспала на Никульчине. — И с ней все хорошо.

Ванька засопел в трубку, как обиженный подросток.

— Рассказала уже, да? — Сделал он выводы.

— Да, — Толя все же позволил мне пересесть на диван, но далеко от себя не отпустил.

Молчание длилось недолго.

— Ты же понимаешь, что ей нужно делать аборт? У нее здоровье….

— Тина сама будет выбирать, что ей делать, — перебил его мужчина.

— Вы там оба с ума что ли посходили? — Взорвался Ванька. — Тинке совсем жить расхотелось, самоубийце недоделанной? Ладно у нее мозги набекрень. Но ты-то здравый человек! Вразуми ее! Заставь к Смолову поехать и все эти риски для здоровья убрать!

— Нет, — Никульчин был спокоен.

— Ты… ее убить хочешь, что ли? — Опешил мой родственник. — Ведь, если рак вернется, там уже ничего не попишешь!

— Мы будем проверяться все время. Я найду врачей, которые будут готовы вести такую беременность. Я все оплачу, — Толя все же поднялся на ноги, но далеко не отошел. Видимо, сам он все же переживал куда больше, чем показывал. — Деньги не проблема. Мы завтра же съездим к врачу Тины, и все подробно обговорим с ним. Не переживай.