Книга На краю неба, страница 76 – Оксана Сергеева

Ему было не по пути, но хотелось выйти на улицу. Уйти отсюда, двинуться и двигаться, только не сидеть на месте. Поэтому уже через полчаса сидел у Гергердта в клубе, пил с ним крепкий горький кофе и пытался поддерживать разговор.

— Правильно, а то побрякушек надарил, а шкатулку под побрякушки — нет. Ей понравится, не переживай. Женщины такое любят, чтобы была шкатулочка с замочком, а внутри секретик. Любят они такие штучки.

— Вот это я понимаю сервис. Как говорится, с доставкой на дом. — Гера сегодня был на удивление разговорчив.

— К особым клиентам — особенное отношение, — доброжелательно улыбнулся Крапивин.

— Чем же я могу отблагодарить тебя за такое отношение? — иронично рассыпался Артём в благодарностях.

— Кофе достаточно.

— В обед нужно не кофе пить, а обедать. Пойдем.

— Не хочу, — отказался Дима. — Только кофе.

— Димитрий, ну как так? — поддевал Гера. — Что ты упорствуешь? Прям как выпускница на выпускном, ей-богу.

— Артём, не до шуток.

Гергердт всерьез нахмурился:

— Буржуа, ты не здоров? Надо лечиться. Пойдем, говорю.

— Гера, ты как…

— Как кто?

— Как банный лист.

— Вот никогда не думал, что ты можешь так опошлить мои старания. Я ему про порыв души, а он мне про задницу.

— Потому что иногда жизнь — полная задница. И все, что ни делаешь — все в задницу.

— О-о-о, Димитрий, да вы точно температурите. Надо срочно принять жаропонижающее. Пойдем. Я приглашаю, — поспешил подняться с кресла.

— Меня поражает твоя настойчивость. — Крапивин тоже встал и поправил пиджак.

— Не удивляйся, я с корыстным интересом. — Упрямо подтолкнул Дмитрия к двери кабинета. — Во-первых, я голоден, а одному есть скучно. Во-вторых, у меня в ресторане новый шеф. Если скажешь, что он нам фуфло приготовил, уволю его к такой-то матери.

— Ладно, уговорил.

— Другой разговор, а то — не хочу, не буду.

— Исключительно затем, чтобы ты шефа своего не уволил просто так и к такой-то матери.

Мужчины поднялись на третий этаж. Для них приготовили прекрасный сет из шести блюд.

Крапивин выполнил свое обещание и честно высказал свое мнение:

— Я, конечно, не ресторанный критик и вряд ли когда-то мог бы им быть… Карпаччо безупречно на мой вкус. Очень понравилось, что мясо чуть тронуто по краям. Зелени в меру, пармезана тоже. Тартар практически идеальный. Тунец отличный, тапенада к нему — тоже. Гребешок мог быть прихвачен получше, а то вкус у него вялый. Морковное пюре под ним не понял. Чем-то надо оттенить. Фуа-гра с грушей… Не мое совершенно. Мало печени и много груши. И как-то заезжено. Возьмите тыкву, что ли, вместо груши. Свинина. Отличная получилась свинина, сельдерей хорошо сыграл. Неожиданно для меня, потому что свинину я не очень люблю. Спасибо, все было прекрасно.

— Я очень ценю ваше мнение, — благодарно кивнул шеф-повар и удалился.

— Дмитрий Олегович, спасибо за критику. Шеф жить будет, а от водочки ты зря отказался.

— Это мне на голодный желудок думалось плохо.

— Я так и понял. Совсем тебе не радостно, Буржуа.

— Угу. Как ты там говоришь, завечерело?

— Смеркалось.

— Ну, вот — смеркалось. Не люблю я водку, не хочу.

— Я же плохого не посоветую. Свинина требует водки, — уговаривал Артём.

— Это понятно, но только не в обед, — все еще сомневался Дима.

— Буржуа, какой обед? У тебя уже завечерело.