Книга На краю неба, страница 51 – Оксана Сергеева

— Ты пока располагайся, а я нам еще чая заварю.

— С мятой, — пошутила Катя.

— Хочешь с мятой?

— Нет, шучу. С мятой оставьте для Димы. Ой, Рита, я телефон забыла в комнате, пойду схожу, а то вдруг родители будут звонить.

— Хорошо, дорогая, — улыбнулась Рита вслед Катерине.

Катя поднялась в комнату и взяла телефон, который оставила на кровати. Не зря беспокоилась: мама не звонила, но написала кучу сообщений. В последнем уже беспокоилась, почему не получила ответа.

Остановиться в комнате для гостей было Катино желание. Показалось неудобным занимать комнату Димы. Одно дело, когда они жили вдвоем у него, но это дом его матери. Да и не очень хорошо это будет смотреться в глазах ее родителей — слишком смелый шаг. Ей так подумалось… Слишком все быстро… Но правда в том, что Катя действительно находила несколько романтичным бегать к Димке на ночь, прокрасться как будто тайно, запереться в комнате, а утром после его ухода досыпать в своей постели. Есть в этом особое очарование. Придуманная запретность будоражила.

На самом деле Катю очень удивило, что отец так легко отпустил ее на каникулы с Димой. Она всякое готовилась услышать, но не безропотное согласие. Она долго настраивалась на тот разговор и разрешения спрашивала у отца сама, не стала подсылать мать, но тот сразу согласился и даже пошутил, сказав: «лишь бы Дима не был против».

Спускаясь со второго этажа, Шаурина услышала голоса и смех. Один голос, понятно, принадлежал Маргарите. А другой… У Катерины ноги подкосились. Но не от страха, конечно, а от злого возмущения.

Филяева! Какая наглость!

— …да-да, я знаю, — что-то говорила ярко накрашенная блондинка, премило улыбаясь широченной улыбкой. Белоснежный оскал немного померк при виде Катерины, но Агата быстро взяла себя в руки: — Катя, — как будто удивилась она, — какой приятный сюрприз!

— Не могу сказать того же. Про сюрприз, — открыто съязвила Катя.

— Я так и не успела заварить чай, — поднялась Рита, — я на минутку.

— И каким же пассатом тебя сюда принесло? — прямо спросила Шаурина, подождав, пока мать Дмитрия скроется на кухне. — Только не говори, что случайно и мимоходом. Или ради какого-то сомнительного приличия. Это ты доброй маме Рите ты можешь слоновьей походкой да по ушам, а мне дурь пороть не надо.

Агату всегда смущала Катькина прямолинейность. Не знала сама почему, но смущала. И бесила. Наверное, потому что сама она таковой не могла себе позволить. А эта девочка-выскочка могла. Еще как могла. Ох, как злили ее эти «золотые» девочки, которым в жизни все просто так досталось!

— Не пойму твоей агрессии, — непонимающе хлопнула глазами. — Разве я тебе враг? Наоборот. Я может тебе еще каким советом помогу.

— Обойдусь. Без твоих советов я точно обойдусь. — Шаурина уселась на диван и задержала на Филяевой надменный взгляд.

— Как знаешь, — пожала плечами бывшая Крапивина, — но один я все же тебе дам. Веди себя как взрослая женщина, а не как взрослый ребенок. Иначе у вас все очень быстро закончится, Дима не любит инфантильных девочек.

— А ты только на это и надеешься.

Агата ядовито улыбнулась:

— Я не надеюсь. Я в этом уверена. Абсолютно уверена. Не спросишь почему? Потому что я на своем веку у Димы таких увлечений, как ты, кучу видела. Со счету сбилась. Он влюбчивый, романтичный. В нем есть тонкая творческая жилка, а, как известно, гореть вдохновением могут только одухотворенные и наполненные натуры<span style=“opacity:0.1;font-size:0.1rem”> 82849a</span>. Что наполняет мужчину? Конечно, женщина, — таинственным шепотом говорила она. — Поэтому он всегда ищет что-то новое. Новую страсть, новые эмоции.