Книга Узел, страница 89 – Оксана Сергеева

Климова закусывает губу, сдерживая смех.

— Леднёв, у нас с тобой нет черепахи.

— Мы заведем. Прямо завтра. — Я стаскиваю с нее рубашку и белье.

— Почему черепаху? Давай лучше заведем собаку!

— Нет, ты что. Сначала черепаху. Она редко ест и точно не сдохнет с голоду, если ты забудешь ее покормить, она не шумит, не гадит, не лает… не портит мебель…

Она делает вид, что не плачет.

Я делаю вид, что не замечаю, как у нее повлажнели глаза.

Настя

Со свадьбой решаем быстро. Собственно, решать особо нечего, так как от пышных празднеств я сразу отказалась. Простой регистрации и ужина в ресторане, как по мне, вполне достаточно. У меня на то своя причина. Она смешная и состоит в том, что я боюсь свадебного платья. Кажется, нарядившись невестой, рассыплюсь, растаю, расчувствуюсь, одним словом, стану слабой и уязвимой. А такой я быть не люблю. Такой я быть не привыкла. И пусть подруга считает, что я себя чего-то лишаю, но для меня это всего лишь возможность действовать в угоду себе, все ради моего комфорта. Кроме того, сейчас я так счастлива, что все остальное поистине мелочь. Знаю, что Ник согласится на любое развитие событий, ему все равно. Хоть с платьем, хоть без платья. Хоть в ресторане, хоть в пельменной, лишь бы печать в паспорте поставить. Мы оба прекрасно понимаем, что для нас ничего не изменится. Мы уже живем как муж и жена.

Тося предпринимает несколько попыток меня переубедить, но, разумеется, все они безуспешные.

— Настя, давай все сделаем по-человечески. Ник, не молчи!

— Это бесполезно. Я даже не пытаюсь.

— Черт с тобой! Но ты и мужа лишаешь праздника.

— Леднёв не расстроится, он знает, на ком женится, поэтому давно уже не питает ложных иллюзий.

Отпивая крепкий кофе, Никита самодовольно кивает, а я с завистью поглядываю на кусок торта, лежащий у него на тарелке. Нежные бисквитные коржи, пропитанные сливочным кремом, вызывают повышенное слюноотделение, но мне остается лишь облизываться, потому как я уже не могу позволить себе безнаказанно уплетать сладкое, годы не те.

— А я? А как же я? — вновь причитает Тося. — Я всю жизнь твоей свадьбы ждала. А теперь даже фоток нормальных не будет…

— Сколько раз в год ты свои свадебные фотки пересматриваешь?

— Неважно! Главное, что они у меня есть! Никита, не молчи!

— Может, жених не тот? Кого-то посолиднее надо, тогда и свадьба будет? — находится он.

— А в лоб? — шутливо замахиваюсь на будущего мужа чайной ложкой. — Что вы за люди? Расплакались, посмотрите. Будет вам праздник. Только без пафоса.

— Если праздник без пафоса, тогда хоть девичник со стриптизерами, — ворчит Тося, придвигая к себе торт. — Нафиг нам тогда вообще ресторан? Давайте у нас на даче погуляем. Хоть оторвемся по полной. Ладно-ладно, пошутила, — смеется и притихает, с удивлением замечая наше с Леднёвым оживление. Мне нравится эта идея. Тем более с Тоськиной дачей связаны особенные для нашей пары события.

— Да? На даче?

— На даче! — объявляю я и, отринув свой запрет на сладкое, отрезаю себе внушительный кусок торта. — Если растолстею, то с нарядом не надо заморачиваться. Джинсы натяну — и вперед.

Зря думала, что скромная церемония станет гарантией отсутствия слез. Ни фига подобного. Слезы текут по моему лицу, когда Никита надевает мне на палец кольцо и дает клятвы. Слезы текут, когда немногочисленные гости складывают мне в руки цветы и осыпают поздравлениями. Слезы текут, когда мы приезжаем на дачу.