Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 67 – Анна Сешт

Нахт уверенно проталкивался через толпу, ведя за собой Шепсет. Жрица держалась неуверенно, старалась не отставать от меджая и не выпускала его руку из своей, словно боялась потеряться. Нахт невольно улыбался разливавшемуся в груди теплу.

«Я – меджай, страж. Защитник», – так он сказал девушке в их первую встречу, когда пытался успокоить её, дикую и перепуганную.

Нахт и сам не понимал, в какой момент осознание долга – защищать эту девушку, которая была ключом к раскрытию заговора против Владыки, – переродилось во что-то столь приятное, тревожное и вместе с тем радостное. Почему теперь так важно стало, чтоб ей было рядом с ним хорошо и спокойно. Почему так хотелось вызывать у неё улыбку.

Ну что ж, место для этого было как раз подходящее. Кивнув своим мыслям, меджай потащил Шепсет к торговым рядам, которые заприметил издалека.

— Эй, ты куда? – возмутилась она, чуть не потеряв равновесие в толпе.

— Сейчас увидишь!

Шумное разноцветье рынка напоминало празднество Опет, отгремевшее совсем недавно, когда не было недостатка в разнообразной еде и товарах. Чуть ли не целые стада забивали во славу Амона, а дичь, рыбу и фрукты к шатрам на берегах Итеру приносили огромными корзинами. Весь народ участвовал в празднествах по-своему. И даже бедняки ликовали, не испытывая в праздничные дни никакой нужды.

Сейчас это казалось уже таким недостижимо далёким – изобилие, щедрость Богов, беспечная радость и покой, на смену которым пришли трагедия и нужда. Но этих мест печали Западного Берега Уасет словно вовсе не коснулись. Нахт заприметил издалека даже нескольких чужеземных купцов и небольшой караван из Царства Куш, разбивший шатры на краю рынка. Туда он тоже хотел заглянуть, но прежде…

Прежде в руках у Шепсет оказался кувшин с прохладным сладковатым пивом, целая горка сладчайших фиников, завёрнутых в пальмовый лист, горсть орехов, свежая, прямо из печи лепёшка и медовые соты, сочившиеся жидким золотом. Почему-то при виде мёда девушка помрачнела – или только показалось? Уже в следующий миг она робко улыбнулась Нахту, смущённая его вниманием. Меджай даже особо не торговался. Он так редко бывал на городском рынке, что уже и забыл, как это. Жалованье у стражей некрополей было довольно высоким даже по нынешним временам, когда выплаты задерживались. И хотя бо_́льшая часть его имущества осталась в гарнизоне, кое-что Нахт предусмотрительно захватил с собой, чтобы было чем расплатиться в путешествии. Ведь не унесёшь с собой настоящий воинский паёк – зерно и ткани, масла и оружие. То ли дело медные утены и кедеты^[50] или бусины из полудрагоценных камней – для амулетов.

На себя Нахт обычно тратил мало. Но сегодня хотелось порадовать эту хорошенькую девчонку, считавшую себя мёртвой.

— Куда нам столько?! – Шепсет тихо рассмеялась, когда гору свёртков с едой пополнили головка свежего сыра и несколько сладких булочек.

— Знающий человек буквально утром сказал тебе: следующая такая возможность может выдаться ещё ох как нескоро, – усмехнулся Нахт. – Может, тебе нужно пополнить запасы трав и снадобий? Я в этом особенно заинтересован как твой личный страж, – он шутливо подтолкнул девушку локтем, отчего та чуть не рассыпала орехи и финики. – Или хочешь, я добуду тебе прекрасного льна на новый калазирис? А может, новые сандалии? Хочешь?