Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 81 – Анна Сешт

Усерхат вздохнул.

— Я слушаю тебя.

— Нубхаис, моя сестра, – одна из видных дам в Ипет-Нэсу, ты помнишь. Владыка, да живет он вечно, отмечал ее своей милостью. Она-то и рассказала мне о своих подозрениях… а после и о том, что видела, но не успела помешать.

Значит, сестра военачальника была наложницей Владыки? И знала Шепсет? Нужно будет спросить… И снова Ипет-Нэсу, куда, похоже, уходили корни заговора. Неужели руками женщин Пер-Аа было сделано многое в этой истории?

— Чуть больше двух лет назад во дворец прибыла совсем юная девушка. Говорили, она расцветет в настоящую красавицу, – продолжал Хаэмуасет. – Наивная, замкнутая. Нубхаис уже позже упоминала, что эта девица была жрицей темного культа. На тот момент, видимо, это никого не беспокоило. И настолько она пришлась Владыке по душе на склоне лет – да простит он мне это замечание, – что он приблизил ее к себе довольно быстро. Даже наделил титулом Хекерет-Нэсу, которого удостаивались немногие, – в его голосе прозвучали нотки зависти. Видимо, сестра титул не получила. – Но мало ли при дворе красивых женщин? – презрительно добавил военачальник. – Что в этойбыло такого, чтобы суметь настолько втереться в доверие? Даже Владычица Тия, госпожа Ипет-Нэсу, благоволила ей и многому научила, покровительствуя при дворе. И молодой царевич Рамсес был с ней дружен. Колдовство, не иначе.

— Прости, но какое это имеет отношение к нашему разговору?

— Самое прямое. Эта женщина нарушила доверие всех. Ей были открыты многие пути во дворце, и Владыка принимал ее у себя охотно. Этим она и воспользовалась в последние дни Опет… – военачальник скорбно замолчал, предлагая собеседнику додумать самому.

— Как был убит Владыка? – тихо спросил Усерхат.

В тот момент Нахт понял, что командир проверял.Шепсет говорила, что Владыке перерезали горло.

— Посредством яда и колдовства. Именно она, его Хекерет-Нэсу, его отрада, отравила нашего повелителя.

И снова тишина, которую можно было объяснить потрясением. Наверное, потрясение Усерхат и изобразил, ведь он уже знал. А Нахт потрясенно слушал детали судебного разбирательства, в ходе которого предательницу-наложницу призвали к ответу и казнили – тоже посредством яда. Военачальник не скупился на подробности, и они сильно отличались от рассказа Шепсет. В его истории она представала коварной соблазнительницей, якшавшейся с потусторонними тварями, и никто не мог устоять перед ее чарами. Так кто же говорил правду?..

Если бы Нахт не успел узнать Шепсет, то поверил бы военачальнику.

— Что ж, – вздохнул Усерхат, – раз ее уже казнили, нам же лучше. О чем теперь говорить? Нужно искать остальных. Как ты сам и сказал – это страшное преступление не было совершено одним человеком.

— Она нашла способ обмануть даже смерть, – вкрадчиво добавил военачальник.

— В каком смысле? – изумился Усерхат.

— Точнее, обмануть своих палачей. Приняла яд вместе со своими тремя сообщницами. Но то ли к ядам она была привычна, то ли выпила что-то иное… В общем, она очнулась в мастерской бальзамировщиков, куда ее отправили для погребения, жива-живехонька. Так, по крайней мере, мне сообщили.

— Ты пытаешься убедить меня, что какая-то девушка, пусть даже жрица темного культа, восстала из мертвых? – переспросил Усерхат, очень убедительно изобразив недоверие.